- Это и без ноусферы ясно. Совет наверняка уже отправил за нами своих людей.
- У тебя продуман маршрут или куда глаза глядят?
- Главное правило - никакого маршрута и нигде долго не задерживаться.
- Тогда ты вперед, я за твоими бедрами хоть на край света.
- А вчера другого мнения о моей заднице был.
- Это пока я вблизи не рассмотрел.
Так, подтрунивая друг над другом, мы отправились слоняться по широким пустынным улицам Пхеньяна, где в это время навстречу нам попадались разве что уборщики и редкие кучки вялых туристов. Не рассуждая и не сговариваясь, и мы с Ольгой стали вести себя так, как будто случайно отбились от скучнейшей экскурсии и теперь бесцельно бродим в поисках мало-мальски стоящих впечатлений. По крайней мере, я давно не испытывал такого азарта от перспективы шататься по улицам незнакомого города тупым полупьяным туристом, не разбирая дороги и не строя планов дальше, чем перекусить в ближайшем приглянувшимся кафе.
В моей голове сам собой начал складываться рассказ туриста - сплошь дилетантское представление, обрывки впечатлений с вкраплениями недостоверных или полностью выдуманных историй. Рассказ свой следовало обязательно заранее отрепетировать, включить выигрышные фразы, которые позже разойдутся на афоризмы, и исключить неудачные. Что-то нужно приукрасить - недаром ведь было бабло потрачено. А что-то не забыть чуток обосрать, ведь из райских мест домой не возвращаются. Если слово "возвращаются" здесь вообще про меня.
В Пхеньяне все пункты были легко выполнимы. Днем город казался бутафорией, дома - декорацией из одной стенки, за которой сидит съемочная группа и выполняет указания противного крикливого режиссера. Количество этажей в постройках никак не вязалось с почти полным отсутствием машин и людей на улицах. А от безликости и одинаковости зданий начинала кружиться голова.
Единственной достопримечательностью, которая так и манила, оказался треугольник хрен-знает-сколько-этажной древней гостинцы "Рюген". Вершину плоской пирамиды венчало кольцо со звездой, вписанной так, что лучи выходили за круг. С земли она была едва различима, но скудный корейский интернетик гордо пояснял, что это символ свободного корейского народа, не закованного в порочный круг информационной вседозволенности. В яркий солнечный день можно было видеть отражение символа на одной из близлежащих площадей. Застать его и ступить в центр круга считалось большой удачей, приносящей счастье, исцеление, прозрение и избавление от искушений ноусферы. Нам это не светило: день хоть и был солнечный, на площади мы оказались в неподходящий час, когда солнечный зайчик, изгоняющий демона ноусферы, уже пополз на стену близлежащего дома. На мое предложение подсадить Ольгу, чтобы та хоть чуть-чуть коснулась отражения, она резонно заметила, что уже давно и безвозвратно продала душу демону ноусферы, а потому, коснувшись, рискует пеплом осыпаться на мои плечи.
В какой-то момент со всех щелей города повалили толпы мужиков. И, как и положено мужикам в вечерний час, направлялись они не куда-нибудь, а бухать. К этому времени, уже вконец одурев от бесконечно повторяющихся пхеньянских серо-бетонных пейзажей, и я тоже взмолился о пиве. До этого я хорошо держался лишь потому, что не был полностью уверен, что стоячки за огромными стеклянными витринами полупустых магазинов - действительно то, о чем я думаю. Сомнения рассеялись, когда простые корейские мужики стали окружать столики на длинных ножках в этих самых стоячках. Плечом к плечу, не размыкая круга, они явно проведут там не меньше двух-трех часов, посасывая столь вожделенное после тяжелого трудового дня пиво.
- Я тоже хочу.
- Не дури. Кому ты там нужен? И куда, по твоей милости, мне деваться? Видишь же, что там ни одной бабы?
- И что же нам делать? - я не хотел ссориться с Ольгой: уж больно хорошо все шло, но и отступать был не намерен.
- Неси пиво сюда.
Так, Ольга - сидя на пакетике, а я - по-пацански на корточках, мы и опустошили первые по ноль-пять. Свою удобнейшую позу я подсмотрел у ребят, которые присели в паре метров от нас. Видимо, здесь сидеть так, игнорируя лавочки, было в порядке вещей. Да и что, собственно, такого? Тем более когда спешить некуда и погода позволяет.
Пиво оказалось не самым плохим, хотя Ольга и сочла его разбавленной ослиной мочой. Разуверять ее и, тем более, говорить, что они со своей синтетикой разучились понимать вкус настоящих продуктов, я не стал, просто посоветовал осилить первую кружку - потом пойдет лучше. В общем, к четвертой я уже был уверен, что жизнь удалась. А Ольга, отстав на литр, согласилась, что поработал для нас не самый плохой осел. Первой в себя пришла Ольга.
- Пора брать такси. Мы и так хорошую рекламу корейскому пиву сделали - пара-другая сотня твоих зрителей завтра же сюда прибежит.
Взяв пустую кружку, я картинно поднял ее и продекламировал невидимому зрителю:
- Пейте "Жигулевское узкоглазое" - улучшает потенцию и партийную преданность!
- Брось кривляться. Пора в гостиницу.
