Адам поставил Уитли в наиболее удачное из всех возможных положений, глубоко вздохнул и активировал боевый режим.
Крупнокалиберная пушка в люльке под брюхом дрона сработала с оглушительным треском, и обе фигуры поглотило белое пламя. Адам бросился на пол и перекатился, оказавшись в маленькой служебной комнате с принтерами.
Фарида закричала. Изрешеченный труп наемника пригвоздил ее к земле, и на рукаве ее оранжевого комбинезона расплылось красное пятно. Адам на мгновение потерял управление над Уитни, тот наткнулся на стену и рухнул.
«Шеф, нам срочно…».
Адам подскочил к Фариде, бегло осмотрев полностью окрасившуюся красным руку. Черт его знает, насколько все плохо, но выглядит дерьмово; нужно перетянуть сосуды, пока она не истекла кровью. Адам стащил с наемника ремень, и перетянул предплечье Фариды, крепко зафиксировав.
Та даже не застонала, пока он над ней корпел. Адам осмотрел едва реагирующие на него зрачки; девушка теряла сознание от болевого шока. Он огляделся в поисках зеленого ящичка с крестом, и увидел аптечку первой помощи возле островка кухни; сорвал со стены, разломал на две части, пытаясь как можно быстрее добраться до анальгетиков. Фарида послушно, не понимая, где она и что происходит, проглотила и обезболивающее, и антишоковое.
«ШЕФ!», — передал ему сообщение Джордан.
Так, теперь Цири. Адам взглянул на задымленую лестничную площадку, и прикинул, сколько наемников попытаются задержать его на каждом из этажей. У него нет столько времени; Адам схватил Фариду в охапку и подошел к разбитому Уитли окну.
Никак он не привыкнет; каждый раз попытка спрыгнуть с такой высоты напоминала суицид. Фарида, одеревенев от шока, даже не вскрикнула, когда он шагнул на подоконник. С нижних этажей наружу валили клубы дыма; вдалеке трубила сигнализация скорой помощи и федералов.
Шариф Индастриз связалось с полицией Детройт-Сити приблизительно в то же самое время, когда произошел первый взрыв, но прошло добрых полчаса, прежде чем прибыли первые полицейские машины.
«Система Икар активирована».
Фарида прижалась к его груди, вцепившись в плечо здоровой рукой. Адам прошептал ей что-то успокаивающее. Еще не дай Бог попытается вырваться — последний раз, когда он прыгал вниз с девушкой, ничем хорошим это не закончилось.
Холодный детройтский воздух ударил ему в лицо, и площадь перед Шариф Индастриз начала приближаться к нему со стремительной скоростью. Когда ступни ударились о бетон, все припаркованные рядом машины разразились сигнализационным криком.
Оставив Фариду на площади, параллельно набрав скорую (дерьмо, конечно, но он потом перед ней извинится) Адам запрыгнул на один из удачно припаркованных внедорожников и подпрыгнул еще раз, на расстояние, обычным людям непосильное, разбив кулаком окно на третий этаж.
Ремонтировать потом пол-здания… Насчет финансовой бездны Шариф как в воду глядел.
В лабораториях было теплее, чем на верхних этажах, здесь стояла жара, как в оранжерее. Последний раз Цири находилась у Гинзбург; Адам ринулся по знакомому маршруту, прямо на звук низкого машинного рева. Он попытался связаться с Германном, но безрезультатно; остальные никак не могли вырваться с верхних этажей.
Из кабинета Гинзбург к нему бросился наемник в камуфляжном костюме, сжимающий в руках «Видоумейкер». Пистолет-пулемет Адама загрохотал, очередь прошила наемнику грудь; тот рухнул на плиточный пол и застыл в луже крови.
Адам отбросил пустой магазин, вставил новый и устремился вперед, в главный лабораторный зал.
Там он увидел две фигуры — одна громадная, другая распласталась на полу под ногой первой.
Лица, скрытого за шлемом, он бы не узнал; зато узнал диспропорциональные, как у мутированной гориллы, руки и встроенный в протез правой руки пулемет. Гребаный Дюк Нюкем на нейропозиновых стероидах.
— Ладно, детка, — сказал Барретт с тягучим реднековским акцентом придавленной его ботинком Цири. — Попрыгали и хватит.
Цири заметила Адама первой, и с четверть секунды в ее глазах отражался его собственный ужас. Из разбитого носа по разрезанной шрамом щеке текла кровь.
Ярость ударила Адаму в голову, как молот по наковальне.
Барретт занес аугментированный кулак, целясь по щиколоткам Цири. Один удар — и ее кости превратятся в пудру, и она не сможет никуда сбежать. Адам придумал бы лучшую тактику, если бы речь не шла о жизни Цири, но теперь его первой инстинктивной реакцией стало открыть огонь.
— Дженсен! — взревел Барретт.
Пули отскочили от брони, как камушки от шкуры динозавра.
Цири, воспользовавшись несколькими мгновениями смятения, вскочила, подняв с пола Харрикен, и исчезла из виду. Адам очень надеялся, что она телепортировалась за пределы здания.
Рука Баретта раскрылась, запястье ушло вглубь механизма, превращаясь в скорострельный пулемет с тремя стволами. Он завертелся с жужжанием мощного генератора и выпустил язык огня, пополам с очередью бронебойных. Пули вонзились в стену позади Адама, во все стороны полетела бетонная крошка.
— Давно не виделись, а? — заорал Барретт.
