в одной версии говорится зарезали и убежали, а другой — зарезали, отрезали голову и доставили оную к Давиду. Но наш царь-праведник преисполнился священного гнева на убийц, которые можно сказать в руки ему передали Израильское царство, и приказал тут же казнить их четвертованием. Трудно поверить, что два случайных кекса провернули такую операцию. Но легко могу поверить, что события с убийствами Авнера и сына Шауля связаны. И скорее всего, речь идет о заказных политических убийствах. Два случайных человека вряд ли вошли бы с оружием к царю и вряд ли случайным персонажам вообще пришла бы в голову такая мысль, особенно в 10 веке до н. э.
Оба убийства выгодны только Давиду, поэтому неудивительно, что в одном случае он сетует на свою слабость, типа, дети Цруя — беспредельщики, что хотят то и воротят, а во втором случае моментально казнит исполнителей (понятно почему — чтобы не болтали, классика жанра). И голову сына Шауля почему-то хоронят в Хевроне с Авнером. И вот это тоже очень странно.
Далее следует еще более странный и о-о-очень скупой рассказ о захвате Иерусалима.
С Иерусалимом, как вы помните, с самого начала Книги какая-то несуразица. То его Исус Навин его почему-то решил не захватывать, хотя армию Иерусалимского царя как бы разбил. Потом Шимъон и Иуда как бы захватили Иерусалим, но потом автор спохватился, и город евреями оставлен. Потом, по тексту раз за разом читателю напоминают, что в городе живут евусеи и хетты. Кто такие евусеи — и по сей день никто толком не знает. Одни считают, что евусеи это коренные Ханаанцы и коренные жители Иерусалима. Другие, утверждают, что евусеи это одна из семей в клане Иуды. Некоторые задают вопрос: ну хорошо, пусть евусеи и хетты. Куда они деваются после захвата Иерусалима? Об этом История молчит Но вдруг, когда Давид уже прочно обосновался и обстроился, и обжился, оказывается, что один из его командиров, Урия, житель Иерусалима и хетт. А его жена, Версавия, станет женой Давида и матерью Соломона. Минутку, если Урия — хетт, не логично ли предположить, что и его жена была той же национальности? А кем тогда был ее сын, великий царь Соломон? Евреем, конечно.
Что говорят археологи? Говорят, что вплоть до 8 века до н. э. Иерусалим был маленьким даже по Ханаанским масштабам, городишкой, что влияние его распространялось не далее ближайших окрестностей. Никаких признаков великой процветающей империи ни в 10, ни в 9 веке до н. э. до сих пор не обнаружено.
И вот, имея все это в виду, вернемся к тексту. Завоевание Иерусалима.
Многоречивый во всех случаях, когда нужно протолкнуть какую-нибудь религиозную идею (как в случае описания боя Давида с Голиафом), здесь автор явно потерял интерес к истории, и описание захвата Иерусалима просто отсутствует. А жаль, можно было бы назвать главу Избиение инвалидов. Отмечается, что слепые и хромые воспротивились вступлению Давида в Иерусалим и что Давид их возненавидел. И что уже после установления власти Давида в Иерусалиме царь приказал своим бойцам совершить обряд очищения каждому, кто убил евусея, слепого или хромого. То есть, запачкал руки убийством евусея или несчастного инвалида. Кое-кто считает, что слепые и хромые это жрецы Иерусалимского храма, которым, вопреки правилам еврейских жрецов, евусеи разрешали служить в храме. А вот еще одно интересное наблюдение: в предыдущей главе нам вдруг сообщают, что внук царя Шауля, сын Йонатана был хромым. Уж не зачистили ли и царского отпрыска вместе с прочими калеками? Через главу автор как бы спохватился и вспомнил про хромого ребенка.
Давид, поглаживая усы и покуривая трубку, интересуется у приближенных:
— А нэ осталось ли кого в живых от семени Шауля, дабы я его облагодэтэлтвовал?
Тут некий раб вспоминает про внука Шауля, причем здесь автор избегает называть его хромой, и формулировка изменяется:
— Как же, а сынок-то Йонатана
Давид страшно возбуждается, и приказывает привести отрока пред свои ясны очи. Парнишка трясется от страха (знает, чем может закончится этот визит) и у него отказывают не только ноги, но и сфинктры. Давид убеждается, что перед ним и впрямь никуда не годный калека, и довольный, осыпает отрока милостями: назначает пожизненную пенсию и позволяет кормиться от царского стола.
Интересно, что как только Давид захватил Иерусалим, тут же активизировались филистимляне и пошли на Давида войной. Почему? Или потому, что сотрудничали каким-то образом с евусеями или же считали Иерусалим сферой своих интересов? Ведь пока Давид сидел в Хевроне, про филистимлян не было слышно. Если вы помните, Давид в молодости даже состоял на службе у филистимлян.