А следующие несколько дней прошли в поездках по разнообразным производствам — посмотреть, конечно, было на что! Наипервейшем из всех был Императорский Тульский оружейный завод, где уже несколько лет как освоили выпуск новейших винтовок Мосина и револьверов Нагана. Руководил заводом генерал-майор Александр Владимирович Кун[10], а его помощником по технической части числился полковник Николай Николаевич Фёдоров[11].
Услышав последнюю фамилию, я сразу сделал стойку, заподозрив, что познакомился с автором автомата Фёдорова[12]. Уже в процессе экскурсии по заводу, мне стало ясно, что об автоматическом оружии здесь пока не думают.
«А пора бы и поставить вопрос…»
— Господа, а что вы считаете насчёт выпуска автоматического оружия? Я говорю про пулемёт.
— Сложное изделие, ваше величество, — быстро ответил Фёдоров.
— Да и насколько я знаю, ГАУ пока не имеет таких планов и ведёт некоторые закупки у господина Хайрема Максима, — добавил Кун.
— Всё верно, господа. И патронов изрядно потребляет, но я полагаю его необходимым оружием для русской армии.
Далее у нас состоялся долгий предметный разговор о путях создания пулемёта. Первоначально оба моих собеседника были сдержанны, напоминая о неизбежных проблемах с боеприпасами, в случае массового применения этого вида вооружений, но постепенно втянулись в обсуждение деталей.
— Создайте для России новое оружие, господа. В этом вы будете иметь мою полную поддержку…
На осмотр завода ушёл целый день. Кроме цехов, мне показали арсенал со старинными фузеями, бережно опекаемую Куном школу мастеров и новейшую химическую лабораторию, где занимались материаловедением — я немедленно выделил специальный грант на закупку дополнительного оборудования и наём лаборантов сверхштатно.
Расставались довольные друг-другом, я предвкушал появление через пару лет собственного пулемёта, а мои визави были чрезвычайно польщены вниманием императора и категорическим разрешением обращаться напрямую в секретариат С. Е. И. В ИА в случае каких-либо вопросов.
Ночью не спалось, я смотрел в открытое по жаркому летнему времени окно и думал…
«Казалось бы, всё просто: вокруг, несмотря на разного рода проблемы, мощнейшая империя! У нас весьма неплохой золотой запас в 848 тонн, завершается денежная реформа по привязке рубля к золоту, развитая биржевая торговля, русские бумаги в Европе считаются „голубыми фишками“! Бери и создавай оружие, строй заводы, готовься к будущим войнам… Так какого хрена всё это просрали?..»
— Я слышала, ты раньше много курил? — Зоя обняла меня со спины, а её руки легли поверх моих ладоней, попусту разминавших папиросу.
— Это было в прошлой жизни, как и многое другое.
— Другое?.. Мне страшно, я чувствую, что заняла чужое место.
— Брось. Мой брак — это дань традиции и долг, который я выполнил перед родителями.
— А как же наследники? Ты не можешь вот так с ней порвать, я всё понимаю и буду в тени. Но мне страшно…
— Сейчас ты узнаешь ещё одну государственную тайну, — хмыкнул я и повернулся к Зое.
Возможно, не стоило этого делать, но невозможно держать в себе всё… Иногда требуется хоть как-то выговориться. Таковы уж привычки человека из будущего.
— Готова? Хотя ты и так уже знаешь много секретов, любимая. У моих с Аликс детей нет будущего, она больна королевским недугом, который передался от её проклятой бабки. Ты слышала о гемофилии? У всех её потомков мужского пола, сыновей, внуков и правнуков не будет свёртываться кровь и они смогут прожить не более двадцати-тридцати лет[13]. Она прокляла мою ветвь Романовых.
— Какой кошмар, но зачем ты женился?
— Дураком был… Да и не знал об этом никто тогда, а вот сейчас я знаю. Нужны ли мне дети от Аликс? Думаю, ты понимаешь какой ответ…
— Бедный Ники, — рука Зои потянулась к моей щеке.
И проснулся.
Зоя уже одевалась, чтобы затемно уйти к себе.
