— Отменно. А ещё меня беспокоит воровство, господа. Сей порок неискореним, однако следует держать его в приличествующих рамках. В ревизоров и прочих фискалов я не верю, люди этой профессии также бывают нечисты на руку. Поэтому я рассчитываю, что в ближайшем будущем у нас появятся новые методы финансовой и хозяйственной оценки. Фёдор Венедиктович, рассчитываю на ваши научные труды. Нам нужна система показателей и индикаторов для предприятий и министерств, которая бы вскрывала «чёрные дыры».
— Такое возможно. — Ответил Езерский. — Однако вряд ли мы сможем считать все показатели с точностью до рубля… Слишком велик потребный масштаб.
— О, сие понятно. Меня устроит приблизительный результат, пускай будет погрешность! Не страшно, главное — выявить аномалии её превышающие — это и будут искомые расхитители имперской собственности в особо крупных размерах или… Или сигнал к тому, что мы чего-то не понимаем в данном деле. И нужно пристально разбираться.
--- Я займусь этим, государь.
— Отменно… Ещё нам потребуется единое юридическое управление, да плюс регистрационный отдел, где будет учтена вся собственность императорской фамилии… И… Должен функционировать «негласный» совет директоров картеля. Александр Платонович, поручение лично на вас. Можете проводить любые реформы имперской администрации для решения этой задачи. Предлагая последнее, я всё-таки принял для себя, что пока не стоит слепо повторять рецепты будущего и полностью отделять орган государственной власти от бизнеса. Оставим пока так, в изначальной форме моей задумки. А через десять — пятнадцать лет посмотрим, куда нас заведёт общественный прогресс. Если не меня не убьют, конечно…
Москва нас встретила тёплой и солнечной, но уже осенней погодой — близилась первая для меня в этом времени зима. По приезде в Первопрестольную я сразу же заселился в уже привычный Александрининский дворец и Нескучном саду и весь остаток дня просто гулял по обширному парку вместе с Аликс. Большого удовольствия её компания мне по-прежнему не доставляла, да… уже появилась некоторая привычка… Но в целом — эта проблема оставалась не решённой.
Таким уж я ныне оказался человеком, что не мог жёстко избавиться от её присутствия, хотя, каюсь, пытался… Что-то внутри меня осталось от прежнего Ники и при мыслях о некоторых из вариантов… меня просто разбивал паралич — казалось, что ещё немного и конец! Или сойду с ума, или вовсе покину это тело. Поэтому решил пока оставить вопрос и посмотреть, что будет, но в любом случае дети с бракованными генами русскому императору не нужны.
Аликс, конечно же, чувствовала моё отношение, и… иногда пыталась решить проблему через скандалы, а иногда через ласку.
«Проклятье…» — я уже был готов к тому, чтобы объясниться насчёт её наследия, но требовалось время, чтобы особо доверенный человек собрал материалы… Быть может, она всё поймёт и удовлетворится одной здоровой дочерью.
А затем снова начался вал дел… Утром 16 сентября состоялась очередная встреча с Витте: Сергей Юльевич думал над моей экономической доктриной несколько дней и… согласился. Обсуждая детали, и я, в свою очередь, пошёл на компромисс, приняв с его предложением о введении раздельных кредитных билетов на золото и серебро. А также подтвердил, что полностью профинансирую аналог раффайзеновских кооперативов — в их успех Витте не верил и связываться с ними желанием не горел.
Биметаллическая система была лишь чуть-чуть лучше, чем золотой стандарт — оставался большой риск терять драгоценные металлы из-за свободного вывоза монет. Но какие варианты у меня сейчас были? Россия не Англия с её схематозами в океанической торговле, и не САСШ с продуктивными серебряными рудниками и замкнутой на обе Америки экономикой… А с золотом, точнее с проблемой его потери из-за экспортно-импортных операций ещё древние римляне сталкивались. Хорошо быть богатым и здоровым, а как быть, если ты не очень?.. Идеально было бы ввести аналог Бреттон-Вудской системы, но сейчас это попросту невозможно… Как по внутренним, так и по внешним причинам, вот и придётся мудрить со ставками по вкладам и процентами по золотым и серебряным облигациям, привлекая инвестиции в страну…
А затем на доклад в овальный зал прибыл государственный канцлер Игнатьев…
— Господа, мы добились преимуществ на Босфоре, но можем потерять многое в иных международных отношениях. Изменилось ли что-то в этом вопросе за прошедшие две недели?
— Государь, — начал свой доклад канцлер. — Наша твёрдая позиция позволила с честью выдержать психологическое давление Англии. И хотя средиземноморская эскадра всё ещё проводит демонстрацию в виду Дарданелл, её силы в том районе сокращены. Войны не будет!
— Был в этом уверен, Алексей Павлович… — Довольно кивнул я.
