Домой Жука вернулся, когда там уже все уснули. И только в комнате отца горел свет. Осторожно, на цыпочках, он прошел к отцу и, тихо отворив дверь, увидел того лежащим в постели и бормочущим что-то себе под нос. В руках у Жозе при этом был пожелтевший листок бумаги. «Читает вслух», — подумал Жука, но долетевшая до него фраза отца показалась немного странной. «Надеюсь, ты поумнела и больше не станешь в это ввязываться», — произнес Жозе, тупо глядя в листок, который был у него в руках.
— Прости, отец, я не понял, ты читаешь или разговариваешь сам с собой? — подал голос Жука.
Жозе поспешно спрятал листок в карман и ответил, что он, как все дальнобойщики, имеет дурную привычку проговаривать свои мысли вслух.
— Я готовлюсь к очередной поездке, — добавил он, — вот и повел себя так, будто я уже не дома, а в кабине своего грузовика.
— Опять уедешь надолго?
— Не знаю, как получится. Но завтра я уже буду в пути! — и он улыбнулся мечтательно, так, как если бы собирался не в обычный рейс, а в какое-то экзотическое путешествие.
После инцидента с Лукасом Ирена получила все основания обвинить Олаву во лжи. Ей стало ясно, что он попросту отмахивается от ее услуг, а сам активно занимается расследованием, даже не имея на то официального разрешения.
— Ну да, я кое-что делаю, — вынужден был признать Олаву, — только у меня, извини, свой план, в который пока никак не вписывается твоя китайская грамота с гороскопом и списком животных. Мне незачем тебя обманывать, поверь. Я даже хотел попросить тебя о помощи...
Заметив, как Ирена сразу же встрепенулась, всем своим видом выражая готовность помочь ему, Олаву доброжелательно усмехнулся и попросил устроить ему неофициальную встречу с Андреа на квартире у Диего.
— Она многое знает о семействе Феррету — пояснил он суть своей затеи.
— Разумеется, я постараюсь устроить встречу с Андреа, — пообещала Ирена. — Это, во всяком случае, кажется мне более разумным, нежели приставать с расспросами к Лукасу.
— Возможно, ты и права, — молвил Олаву, — но я, в свою очередь, посоветовал бы тебе внимательно присмотреться к брату. Мне кажется, он что-то скрывает.
Прежде чем дать согласие на встречу со следователем, Андреа решила посоветоваться с Аной.
— Должна ли я выкладывать ему всю правду? Как вы думаете, дона Ана?
— Не знаю, — растерялась та. — А что тебе вообще известно такого, о чем ты боишься сказать прямо?
— Так ведь это я позвонила доне Франческе и сообщила, что вы с Марселу находитесь в Сорренто! Меня заставила проклятая Изабелла!
— Ну успокойся, Андреа, — обняла ее Ана. — Разве ты могла предположить, что Франческа помчится в аэропорт и там ее отравят? На тебе нет вины. А вот Изабелла!.. Неужели это она их отравила?
— Думаю, что так оно и было, — призналась в своих давних подозрениях Андреа. — Теперь вы понимаете, чего я опасаюсь?
Ана, разумеется, понимала Андреа, но ей была ненавистна Изабелла, и потому она, не задумываясь о возможных последствиях, посоветовала вывести злодейку на чистую воду. Андреа, желавшая того же не меньше Аны, поборола в себе остатки страха и отправилась на встречу с Олаву.
Ана же не удержалась от соблазна поделиться новостью с Китерией и, перемывая кости сопернице, отвела душу в беседе с подругой.
Улисс, державший ушки на макушке еще с тех пор, как в пиццерию вошла взволнованная Андреа, наконец не выдержал и высказал свою версию убийства. По его мнению выходило, что Изабелла действовала не одна, а в сговоре с Марселу. Ана пришла в ужас от такого заявления Улисса.
— Я знаю Марселу много лет, он не может быть убийцей! — вступилась она за отца своих детей.
— Но если он в самом деле любит Изабеллу, то вполне мог пойти у нее на поводу и избавиться от жены таким способом, — возразил Улисс. — Более того... я теперь не уверен, что и Жозиас был таким ангелом, как вы о нем рассказываете. Что он делал в аэропорту в тот день, когда произошло убийство?
— Неужели ты думаешь, что это он подсыпал яд в виски? — возмутилась Китерия. — Да я сама отвезла его в аэропорт!
— Правильно. Ты отвезла и уехала обратно. — подхватил Улисс. — Наверняка он сам попросил тебя об этом.
— Да, он сказал, что должен встретиться с торговцем наркотиками, чтобы откупиться от него за какие-то проделки Дуды.
— Ну конечно. Жозиас не хотел иметь свидетеля. Только скажите мне, откуда у Жозиаса могли быть такие большие деньги, чтобы откупаться от наркодельцов? Что, если он обратился за помощью к Марселу, а тот попросил его об ответной услуге? Ведь Марселу не раз выручал Жозиаса и прежде, ты сама, Ана, это утверждала.
— Нет, это невозможно! — схватилась за голову Ана.
— Возможно, если хочешь спасти сына! — продолжал стоять на своем Улисс. — Марселу не оставил бедняге выбора. А потом, когда к Жозиасу попала черная папка и об этом узнал Марселу, он столкнул опасного свидетеля под поезд!
— А при чем тут папка? — не поняла Ана. — Марселу мог попросту отобрать ее у Жозиаса.
