Тека всегда знала, что она Жулиу не пара, и все же эти слова причинили ей невыносимую боль.
— Я ни на что и не рассчитываю, Карина. Но что же мне делать — я жду ребенка, — в отчаянии повторяла она.
В эту минуту в ее комнатку заглянула Ана с распоряжениями на завтра, услышала последнюю фразу Теки и остолбенела. А девушки испуганно примолкли.
— Ты беременна! — вскричала Ана. — От кого?
Но Тека в ответ только разрыдалась и упорно молчала, отказываясь назвать имя отца своего будущего ребенка. Ана недаром так волновалась. Конечно, она любила Теку как дочь, но ей неприятна была мысль, что именно Жулиу — виновник этой истории. Она как-то видела их целующимися на веранде. Она замечала, как Жулиу увивался возле девушки.
Ана поспешила к Китерии, чтобы поделиться с ней неприятной новостью. Главное, девчонка наотрез отказывается назвать имя своего возлюбленного. Но Китерию больше беспокоила судьба самой Теки. Она вспомнила то страшное время, когда сама оказалась в таком положении, и у нее защемило сердце.
— Нужно помочь бедняжке. Нельзя, чтобы она сделала такую же страшную ошибку, как когда-то я, — решила Китерия.
А Маркус, сидя в соседней комнате, слушал их разговор. Он наконец понял, почему Тека так плохо чувствовала себя в последнее время и почему она плакала и пыталась заговорить с Жулиу. Этот подонок должен был первым узнать о ее беде, но он не желал даже видеть Теку, издевался над ней или равнодушно проходил мимо.
Ана со страхом ждала день свадьбы. Ей хотелось, чтобы все было тихо, без всяких праздничных торжеств, толпы гостей и поздравлений. Только бы ничего не случилось, молила она святого Януария. Что плохого могло случиться, она и сама не знала, но дурные предчувствия мучили ее.
Утром в день свадьбы раздался телефонный звонок. Ана сняла трубку и вдруг побледнела и бессильно опустилась на стул.
— Жука, какое несчастье! Жулиу в полиции. Он сел пьяный за руль, а потом нагрубил полицейским.
Слезы уже ручьями бежали по ее лицу. Вот и оправдались ее опасения. Без Жулиу свадьба не могла состояться. И Жука, вместо того чтобы облачиться в нарядный костюм, помчался в полицейский участок.
В участке Жуку встретил толстый добродушный полицейский и от всей души посоветовал:
— Так ты говоришь, что женишься на его матери и получаешь в подарок этого мальчишку? Лучше, приятель, не вешай хомут на шею, оставь его за решеткой и спокойно женись.
Но Жука не последовал совету и отправился к самому комиссару. Комиссар прочел ему целую лекцию о современной молодежи, из которой Жука понял, что молодое поколение успело сильно насолить старику. Дня не проходило без драк на дискотеках, аварий на дорогах, где эти сопляки давят ни в чем не повинных людей. Жука во всем с ним соглашался, правда добавил, что Жулиу вовсе не из таких. Он скромный, хороший парень. Впервые в жизни выпил лишнего и натворил бед. Жука пустил в ход все свое красноречие, убеждать он умел. Комиссар дрогнул и велел привести нарушителя.
Жулиу, проспавшись в камере, выглядел совсем другим человеком. Он даже не поверил, когда ему рассказали, что ночью он устроил скандал в участке.
— Вы видите, сеньор комиссар, как он раскаивается в том, что натворил, — говорил Жука, толкая в бок Жулиу. — Молодо-зелено, с кем не бывает. Отпустите беднягу. Я готов подписать за него поручительство.
Жулиу, поняв, что от него требуется, виновато просил прощения:
— Сам не помню, сеньор комиссар, что я вчера говорил вам. Мне очень стыдно. Больше это никогда не повторится.
Поворчав, комиссар после поручительства Жуки все-таки отпустил буяна.
Вскоре Жука вручил его матери. Теперь ничто не мешало свадьбе. Правда, Жулиу был мрачен и зол, отказался выйти к гостям. И все же он удивил родных своим неожиданным поступком: он поблагодарив своего спасителя.
— Спасибо тебе, Жука, ты меня очень выручил, — выдавил Жулиу из себя, прежде чем уйти в свою комнату.
Карина заметила, что для грубияна Жулиу это верх любезности. Ана и Жука радостно переглянулись. Кажется, лед тронулся.
Если не считать неприятного происшествия с Жулиу, этот день больше не принес сюрпризов и завершился благополучно. Бракосочетание Аны и Жуки наконец состоялось.
Бруно думал, что достаточно хорошо знает свою «мамочку», ее коварство и изобретательность, однако не переставал открывать для себя все новые черточки в ее своеобразном характере. Больше всего его обидело, что Романа не доверяет ему все свои тайны. Как-то он услышал ее разговор с Элизеу.
— Мы же еще в Италии договорились, что ты поможешь мне справиться с Филоменой. А теперь на попятную пошел, старый лис? — отчитывала приятеля Романа. — Что ты изображаешь из себя любящего мужа? Ты работаешь на нее как раб и кроме жалованья ничего не получаешь. А я подарю тебе целое состояние.
— Я держу свое слово. Но не могу выступать открыто, Романа, — оправдывался Элизеу. — Фило очень хитра. Если она догадается, нам обоим придется несладко.
Бруно не мог понять, зачем было устраивать весь этот спектакль у Соланж, добывать подписи Элизеу, когда он давно уже числился добровольным союзником «мамочки»?
