Глорфиндел продолжил медленно скармливать принцу кусочки лакомств, и, казалось, совершенно позабыл о его маленькой проблеме. Но то была лишь видимость! Ухмыляющаяся кошатина умудрялась не только кормить Леголаса с руки, но и ласкать его готовый взорваться в любую секунду член. Принц мужественно терпел сию изощрённую пытку, ибо на кону были подарки и маячившее в необозримом будущем удовольствие, да и отгребать по заднице в собственный день зачатия не очень-то хотелось.
— Какой хороший покорный мальчик… Всё скушал и даже ни разу не пожаловался, — промурлыкал Глорфиндел, крепко сжав яички принца, стоило тарелке опустеть. — Кто-то определённо заслужил награду…
Леголас несомненно пустился бы в пляс, если бы не щепетильная проблемка ниже пояса. Состроив жалостливую мордашку, принц опустил глазки вниз, призывая своего лорда проявить хотя бы капельку сострадания. Но, увы, тёртый калач не повёлся на его мольбы.
— Нет, малыш… — захохотал Глорфиндел. — Сначала подарки, а десерт потом.
Тяжёлая деревянная коробка легла на кровать перед замершим в предвкушении принцем, замок сердито скрипнул, открывая доступ к сокровищам, сокрытым в ней, а крышка всё так же оставалась закрытой, ибо огромные синие глаза вопрошающе уставились на Глорфиндела, словно не понимали, а чего же от них, собственно, хотят.
— И чего же ты ждёшь, малыш? Особого приглашения? — улыбнулся воин. — Открывай! Это тебе.
Леголас с благоговейным трепетом откинул крышку коробки и заулыбался, как эльфёнок. Вот только реакция Гила и Леголаса на подарки была контрастна, как день и ночь: малыш радовался новым игрушкам, тогда как его молодой отец радовался тому, что Глорфиндел вообще вспомнил о его дне зачатия. Окажись коробка пустой, он бы даже не заметил этого, решив, что та и была подарком. Не привыкший к вниманию юноша с такой же неподдельной радостью принял бы в дар и невзрачный полевой цветок. И так же, как этот цветок, Леголас открывался Глорфинделу, когда был счастлив, и складывал лепестки в неприступный бутон стоило какой-то мелочи вывести его из душевного равновесия. Вот и сейчас простого знака внимания оказалось достаточно, чтобы Синда засиял, как солнышко.
— Тебе нравится? — робко спросил воин, заметив, как тонкие пальчики завороженно гладят кожаный переплёт книги, не решаясь открыть её. — Никаких детских сказок на этот раз… И там есть очень красивые картинки, эльфёнок.
— «Рождение и падение Гондолина»… — одарил мужчину ослепительной улыбкой Леголас, полистав страницы книги, и нежно поцеловал его в губы. — Спасибо. Мне очень нравится.
— Это ещё не всё, малыш…
Леголас отложил книгу в сторону и достал из коробки следующий подарок. Им оказался очень красивый пояс с золотыми вставками, инкрустированный жемчугом.
— Какой красивый! — ахнул Леголас. Он крутил в руках пояс, любуясь тем, как тот переливался всеми цветами радуги на свету. — Это мне?
— Тебе. Надеюсь, то, что идёт к нему в комплекте, ты тоже оценишь по достоинству, любовь моя… — неуверенно улыбнулся Глорфиндел, вынимая пояс из рук принца.
Следующий подарок и вовсе лишил юношу дара речи.
На дне коробки оказалась батистовая туника, богато расшитая серебряными листочками бука и цветами, что росли в его родном Эрин Гален. Но и это было ещё не всё. Под туникой, такой длинной, что она с лёгкостью доставала ему до колен, скрывалась мантия из серебряного шёлка, украшенная жемчугом по всей длине. При взгляде на неё создавалось впечатление, что капельки воды осели на ткани и теперь мерцали, как мириады звёзд на ночном небе. Дополняла наряд пара бархатных леггинсов и высокие белоснежные ботфорты из мягчайшей оленьей кожи, расшитые жемчугом и серебряной вышивкой, изображавшей сцены охоты под сенью буков Эрин Гален.
— Знаю, это несколько старомодный наряд. Но он будет очень красиво смотреться на тебе, мой лесной эльф, — смущённо заметил Глорфиндел. — Мне показалось, что тебе понравится что-то, что будет напоминать тебе о доме.
Наряд был не просто старомоден. Такое носили ещё во времена молодости Трандуила, но Глорфиндел был таким безумно милым и трогательным в этот момент, что Леголас готов был хоть в простынь замотаться, только бы доставить ему удовольствие. К тому же, несмотря на всю его архаичность, наряд и в самом деле был безумно красивым. Синда в восхищении провёл кончиками пальцев по бледному серебристому шёлку. В зависимости от освещения изысканная ткань то отливала сталью, то казалась почти белоснежной. Одежда, достойная принца. Нет… даже наследный принц Эрин Гален не щеголял в таком роскошном одеянии!
— Очень красиво, мой лорд! — в восхищении выдохнул принц. — Я не видел ничего прекраснее!
— Окажи мне честь. Надень его сегодня на праздник, — смущённо попросил Глорфиндел.
— С радостью, мой лорд! — рассмеялся Леголас, бросился мужчине на шею и еле сдержал тихий стон. Он совершенно позабыл о своей маленькой проблемке, а она была и ныне там. Изловчившись, предприимчивый Синда прилип к своему лорду, как банный лист, и принялся ненавязчиво тереться о стальные кубики пресса, под предлогом безмерной благодарности за подарки.