Леголас струщил всё, что служанка принесла на завтрак, а выбрать было из чего: копченая ветчина, сыр, свежий хлеб, фрукты, родниковая вода и ещё какая-то бурда, отталкивающего вида. Вот эту дрянь Глорфиндел и влил в него в первую очередь. На вкус отстойная с виду гадость оказалась вполне себе ничего, впрочем мало что могло сравниться по отвратности с антитоксикозным чаем Элронда. Откинувшись на грудь Глорфиндела, которую он использовал в качестве спинки кресла, Синда довольно погладил круглый животик и с озорной улыбкой заглянул ему в глаза.
— Я бы с удовольствием искупался в озере, — промурлыкал муж, проигнорировав голодные взгляды, которые Синда бросал на его обнажённый рельефный торс.
— Как пожелаете, мой лорд, — покорно потупил глазки Леголас. Хитрая улыбка скользнула по губам. Котёнок томно потянулся и как бы невзначай потёрся попкой о бедро мужчины.
— Леголас, дай своему старому мужу хотя бы чуточку передохнуть. Имей совесть. Последние две недели для кого-то выдались просто сумасшедшими, — проворчал древний эльф.
Леголас печально вздохнул и отправился одеваться. К его несказанной радости, одежда, которую подобрал для него Глорфиндел, оказалась повседневной и очень комфортной. После тяжёлых, богато украшенных свадебных одежд — простая льняная туника без вышивки и пара повседневных зелёных леггинс стали для него глотком свежего воздуха. Глорфиндел очень любил, когда его принц был одет таким вот образом. В такой одежде он выглядел очень юным и невинным.
Но стоило им дойти до озера, как все приличия были вмиг позабыты. Одежда слетела на траву, а с ней и запреты. Юноша и мужчина резвились, как малые дети. Леголас безуспешно пытался окунуть огромного зверюгу в воду с головой, карабкаясь ему на спину, а тот окатывал его волнами брызг в отместку. Наконец, когда старший муж окончательно выдохся, он закинул взъерошенного мокрого котёнка на плечо, поставил его на травку и заботливо обтёр пушистым полотенцем.
Вытираться сам Глорфиндел не стал. Он просто растянулся на траве, позволяя солнечным лучикам высушить кожу. А Леголас… Леголас пожирал взглядом это совершенное тело. Оливковая кожа отливала золотом, переливаясь на коже россыпью бриллиантов, обтягивала стальные мускулы, которые при малейшем резком движении грозили разорвать её по швам. Моргот! Слишком красив, слишком сексуален, слишком соблазнителен… Всё в нём было слишком!
Дабы занять себя чем-то и не начать внаглую лапать своего мужа, как озабоченный нимфоман, Леголас схватил расчёску и с невиданным доселе рвением бросился распутывать золотой шёлк волос. Густые золотые кудри скользили между пальцами, привычно сплетаясь в замысловатое плетение утраченного Дома Гондолина, а Глорфиндел мурлыкал себе под нос песенку о Нимродель.
Когда пришла очередь Леголаса склониться у ног мужа, юноша тяжело вздохнул и плюхнулся на попу.
— И чего ты дуешься, позволь спросить?
— Можно я не буду сегодня носить косы моей семьи, — заискивающе заглянул мужчине в глаза Леголас. Мудрые зелёные глаза проникли в самую душу, докапываясь до причины недовольства младшего мужа; Синда смущённо отвёл глаза в сторону и пробубнил:
— Не хочу их больше носить. И не хочу быть частью его семьи. Я не хочу иметь с Трандуилом ничего общего! Я знаю, что вы с Элрондом задумали, но сомневаюсь, что после того, что я вчера выкинул, есть хоть малейший шанс, что…
— Леголас, посмотри на меня, — перебил его старший муж. Принц вздохнул и покорно поднял голову. Зелёные глаза с нежностью и затаённой грустью смотрели на него. — Малыш, я уже сказал тебе вчера, что насилия между нами никогда больше не будет. Я твой старший муж, и ты обязан мне подчиняться. Но это вовсе не значит, что я не буду прислушиваться к твоим желаниям. Если ты не хочешь носить косы своей семьи, ты можешь носить косы моего Дома, косы юношей, распущенные волосы, локоны, мои узлы… — воин игриво вздёрнул бровь и расплылся в улыбке. Леголас засиял, как солнышко.
— Косы воина! — выдало блондинистое чудо.
— Или косы воина, когда ты заслужишь право их носить, — вздохнул Глорфиндел. Воин искренне надеялся, что с возрастом Леголас перерастёт эту блажь. Это красивое нежное создание было не создано для хаоса, ненависти, отчаяния и кровавого мессива. Леголас был создан, чтобы дарить жизнь, а не отнимать её. — А пока… Сегодня ты будешь носить мои узлы!
Два огромных глаза непонимающе уставились на Глорфиндела.
— Я хочу с тобой поиграть, — объяснил муж, облизнув взглядом своего roch-neth, и заговорчески ему подмигнул. — В Лориэне никто не знает значение этих узлов. Здесь ты можешь носить их свободно. Это будет тайна, знать которую будем лишь ты и я. Ну и ещё горстка эльфов, которые разделяют мои предпочтения в постели. Но когда мы вернёмся в Имладрис, ты будешь носить их лишь в моих покоях, ты меня понял?
Леголас довольно кивнул и замурлыкал песенку лесных эльфов. Глорфиндел запустил пальцы в белоснежный шёлк волос, сжал кулак и резко потянул на себя. Мудрые глаза заволокла поволока страсти и затаённой боли.