— Конечно, есть детка. Далеко не все в Лориэне разделяют наши с тобой предпочтения в постели, но довольно многие. И этих многих гораздо больше, чем ты можешь себе представить, — хищно улыбнулась Эйтеллиен. Леголас покраснел до кончиков ушек, поняв, что выругался он, по всей видимости, вслух.
— У меня дома никто в такие игры не играет! — нахохлился Синда. Он был сбит с толку тем, что такие игры привлекали не только мужчин, но и женщин! Оставалось только надеяться, что хотя бы Арвен была нормальной. Дочь Элронда производила впечатление воспитанной, доброй и благородной дамы. Благовоспитанной эллет, которая, если и знала об этих забавах, то не выказывала к ним неподдельного интереса. Хотя даже в этом Леголас уже не был уверен. Кто, к примеру, мог предположить, что Владыка Келеборн увлекается подобными вещами?
— О, поверь мне, принц, ты глубоко заблуждаешься насчёт своих сородичей! — давясь от смеха, вконец добила Леголаса эллет. — Мои двоюродные братья — горстка громил и сплетников — родом из Эрин Гален. Имён разглашать не буду, но эльфов, придерживающихся нестандартных предпочтений в постели, там превеликое множество. В том числе, и во дворце лесного короля.
Леголас опешил и прижал ушки, почувствовав себя горьким дитём среди этих искушённых в жестоких играх эльфов.
— Малыш, вовсе не все эльфы Лориэна и Имладриса разделяют мои предпочтения. Просто я знаю почти всех, кто придерживается моих взглядов. Подобное притягивается к подобному, так сказать. Приятно порой побыть в кругу тех, кто разделяет твои взгляды и не станет тебя за них осуждать, — нежно обнял смущённого Синда за плечи Глорфиндел. — Вот взять хотя бы Даэртона. Думаешь, он этими игрушками себе на жизнь зарабатывает? Нет, конечно. Его основной доход — это товар, выставленный на первом этаже лавки, а эту комнатку он держит для друзей и единомышленников.
Даэртон вздохнул и развёл руками.
— Это всё началось, как хобби. Я делал игрушки для себя, а потом друзья начали просить сделать что-нибудь и для них тоже. И понеслось… Теперь заказы на мои игрушки приходят даже из Имладриса, а с объявлением перемирия и из Эрин Гален тоже. По сути только здесь мы и можем встретиться и открыто поболтать о том, что нам нравится. Это твой лорд не боится заявлять во всеуслышание о том, кто он есть, а многие ведь стесняются своих странных наклонностей.
— Никто не смеет указывать мне, что делать в моей же спальне! — фыркнул Глорфиндел, гордо вздёрнув подбородок и распрямив спину.
— Угу. Укажешь тебе, как же. Ты нужен Элронду, вот он и вынужден терпеть тебя со всеми твоими многочисленными тараканами, — насмешливо заметила жена Даэртона. — А мой муженёк — простой сбруйщик, которому легко найти замену при желании. Он не может позволить себе роскошь появиться с плёткой в руках посреди Карас Галадона, дабы испытать её в действии.
— Разве я так делал? — удивился Глорфиндел.
Эйтеллиен только расхохоталась в ответ.
— О, да!.. — подтвердил слова жены Даэртон. — Вы выкинули это во время вашего последнего визита в мою лавку. Слава Валар, вы хотя бы решили опробовать её на стволе маллорна, а не на спине вашего бывшего любовника. Переполошили весь Лориэн! Любого другого выкинули бы за шкирку после такого представления из Золотого Леса, но вы же кузен Галадриэль, поэтому вам всё сошло с рук.
— Ах, да… Кажется, я что-то такое припоминаю. Галадриэль ещё долго отчитывала меня за это, а Келеборн ей поддакивал и тихо ржал, когда она делала вид, что не видит, как ему эта выходка понравилась. Подкаблучник! — пожал плечами Глорфиндел и обнял личико мужа ладонями. — Ну, а ты, малыш, что об этом думаешь?
— Вы ведь не поступите так со мной, мой лорд? — робко пролепетал Леголас и еле слышно прошептал:
— Пожалуйста. Только не кнут.
— Ты вытерпел такую боль, рожая мне сына, но боишься кнута, roch-neth? Что так пугает тебя? Боль? Звук? Кровь?
— Это другое, мой лорд, — нервно дёрнул ушками Леголас и потупил глазки. — Я не хочу, что вы укрощали меня, как строптивую лошадь. Я сделаю всё, что вы попросите, но добровольно, а не потому, что боюсь наказания или вашего гнева. Потому что я люблю вас, а не из-за того, что боюсь кнута! — синие глаза яростно вспыхнули и уставились на предмет своего страха, висевший на стене лавки, — Хоть он меня и вправду пугает до дрожи в коленках.
— Я услышал тебя, малыш, — нежно улыбнулся Глорфиндел и поцеловал Синда в губы. — Обещаю, я никогда не накажу тебя кнутом, если только ты сам меня об этом не попросишь. А теперь выбери что-нибудь, что тебе понравится. Хочу сделать тебе подарок.
— То есть что-нибудь, что придётся по вкусу вам, мой лорд, — усмехнулся Леголас и направился к полкам с флоггерами и плётками.
— Ты выбрал не самое лучшее место для того, чтобы показывать характер, roch-neth, — опасно сощурился Глорфиндел и легонько шлёпнул мальчишку по попе.