Там, вдали ото всех, как ему казалось, Леголас учился стрелять из лука. Келейдур взялся обучать его этому искусству, когда он ещё был горьким эльфёнком, но продлилось это недолго. Они только начали постигать азы стрельбы по движущимся мишеням, когда о «хобби» младшего сына стало известно Трандуилу. На этом тренировки прекратились.
Келейдур заработал строгую выволочку от отца и три месяца изматывающего патрулирования южной границы Эрин Гален, пролегавшей близ жутковатой крепости Дол-Гулдур, от своего короля. А Леголас…
Леголас ковырял носком сапожка ковёр в кабинете отца, который даже ни разу не удосужился взглянуть на него за всё то время, что распекал его почём зря. Зато Трандуил с чувством и расстановкой прошёлся по умственным способностям и талантам младшего сына, коих за ним отродясь не наблюдалось. Лук, подаренный братом на восьмой день зачатия, был изъят, как и колчан и самодельные стрелы, которые Леголас собственноручно оперял под чётким руководством и подзатыльниками Кела.
Конечно, можно было бы наплевать на запреты отца и быть чуточку осторожнее впредь, но, увы, его отцом был лесной король, который имел глаза и уши по всему лесу. И если с древним лесом Леголас ещё мог договориться, то с древним эльфом на это можно было не рассчитывать. В конце гневной тирады отец уступил место Его Величеству, который весьма недвусмысленно дал Леголасу понять, что если Келейдур ещё хоть один единственный раз позволит ему даже близко приблизиться к оружию, — любому оружию, подчеркнул Король! — то расплачиваться за этот проступок будет старший брат и трёхмесячной ссылкой в самое гиблое место Эрин Гален всё не ограничится.
Брата Леголас любил. Но стрелять из лука он тоже любил. Покумекав на досуге, благо двухнедельное заточение в комнате без права выхода даже в сад этому способствовало, младший сын короля нашёл-таки лазейку в приказе Короля. «Одолжив» у «знакомого воина», — коим оказался никто иной, как печально известный Беллиард, изрядно потрёпанный жизнью боевой лук, который тому «был не очень-то и нужен», а заодно и колчан со стрелами, Его Высочество поболтал с древним лесом по душам и убедил того, что «ничего противоправного он делать не собирается, ведь Келейдур не будет его учить, а стало быть приказ отца лес не нарушит». На том и порешили: лес закрывал глаза на невинное хобби эльфёнка, дырявившего его деревья, а Келейдур делал вид, что не имеет ни малейшего понятия о том, куда пропадает его непоседливый мелкий братишка по вечерам, и молился, чтобы отец ничего не прознал, а между делом втихаря поправлял стойку, захват и показывал, как правильно целиться в мишень.
Халдир немного отвёл душу, раскритиковав «криволапого лучника» в пух и прах. Галад прошёлся по всем ошибкам новичков: от положения ног, рук, головы и туловища до техники прицеливания и даже дыхания. Каждый недочёт Халдир поправлял результативным беспроигрышным методом — вбивал через попу. Благо он использовал всего лишь прутик маллорна, а не нечто посерьёзнее. Рука у Халдира была тяжёлая, остроумие неиссякаемое, голос командный, а выдержка просто железная. Поэтому к тому времени, как они отправились на охоту, у Леголаса болело всё, даже уши и волосы. А ещё безумно хотелось всадить эту проклятую стрелу Халдиру в горло. Чтобы уже заткнулся, наконец!
— Ты расслабишь пальцы или нет криволапая бестолочь! Это не член твоего лорда, а тетива, чего ты вцепился в неё, как клещ? Тетива сама раскроет расслабленные пальцы и плавно соскользнёт с них с минимальным отклонением от плоскости выстрела. Ты меня вообще слушаешь! Прекрати крутить головой по сторонам и дёргать ушами, как ненормальная белка! — бубнил в голове Леголаса строгий голос. — Ещё раз так сделаешь, отстегаю этой самой тетивой по вертлявой заднице!
— Да понял я! — огрызнулся Леголас.
— Тогда стреляй! — прошипел Халдир. — Особого приглашения ждёшь, что ли? Долго ещё будешь тянуть кота за яйца?!
Лань заметно напряглась, подёргала ушкам и повела носиком по ветру. Сердечко билось, как сумасшедшее. «Опасность», — шептала ей интуиция.
Стрела разрезала воздух и проскользнула сквозь густую листву, как игла сквозь зелёный шёлк. Раздался сдавленный предсмертный хрип. Тело животного с глухим отвратительным стуком рухнуло наземь, как срубленное под корень дерево. Древний лес тяжело вздохнул и затих. Больше не было слышно ни пения птиц, ни шелеста листвы, даже ветерок и тот оцепенел.
— Это твоя эротическая фантазия? — ухмыльнулся Леголас, опуская лук.
— А у тебя явные проблемы с субординацией и дисциплиной, как я посмотрю, — угрожающе сощурился галад.
— Что поделаешь, — хмыкнул принц, с озорной улыбкой погладив плечо совершенного лука. Совсем не чета тому, из которого он когда-то учился стрелять. — Это наследственное. Ты не сказал, кого должна поразить стрела. И вообще, ты хотел, чтобы я доказал, что способен убивать. Я убил. Чем ты опять недоволен?
Халдир осторожно приблизился к мёртвому варгу и вытащил стрелу из глаза свирепого хищника.