– С чего ты это взяла? Ну, что он мой заступник.
– Так слышала, как он с тобой разговаривал.
Ну да, я вспомнила, как храмовник в баронском доме со мной говорил, когда обкрадывал. И этот. Действительно, небо и земля. Но не верю я в искренность его. Странно, что увидев меня, сироту, он тут же проникся любовью и решил взять под свое крыло. Ох, неспроста это.
Пока шли в трапезную, спросила у новой знакомой, чем знаменит этот храмовник.
Оказалось, что он с братьями добровольно ушел создавать монастырь на север Павдии. И все у них ладно получилось. И люди к ним шли толпами, да потом братия из монастыря Калии попросила у них плат Пресвятой Девы. А что дальше случилось – никто не знает. Только плат не вернули, а поток людей иссяк.
Обманули, значит, доверчивого старика. Ну, что делать, я не понаслышке знаю о коварстве храмовников.
На ужин нам давали серый клейстер из непонятной крупы. Выстроилась очередь к раздаче. Одну тарелку наполняли на двух-трех человек, ложки мы сами брали со стола рядом. Во всем мне сильно помогла разобраться Ларга. Она направляла, куда идти, что делать, нашла место, куда мы присели и ели с ней из одной тарелки.
Больше ничего не предложили поесть. Ни лепешек, ни лука, ни овощей. Да что уж там, даже пить не предложили. Все пили из той же бочки. Ох, не подцепить бы заразу какую.
А после ужина я попросила свою новую товарку о помощи.
– Где бы мне найти кувшин, чтобы набрать воды да обмыться?
– Лика, сходи-ка наверх, принеси мой кувшин из мешка. Аннушке помощь требуется.
Не раздумывая, она отправила одну из своих спутниц.
– Да я бы сама.
Неудобно все же.
– Сама в дороге будешь. Путь у тебя опасный предстоит. Даже под защитой храмовников.
Я навострила уши.
– Что в нем опасного? Долгий?
– Не, засветло доберетесь, коль утром выедете. Только там в каждом овраге по разбойничьей шайке обитает. Тем и опасна твоя дорога. Но отец Киприано помолится, и Пресвятая Дева закроет вас своим заступничеством.
Вот оно как, значит. Надо бы палку покрепче раздобыть. Авось и отобьемся.
Вскорости Лика принесла кувшин, я наполнила его водой и уже в потемках обтерлась в туалете. Переоделась в чистую рубаху и провалилась в сон.
Завтра! Уже завтра закончится мой долгий путь в свои земли. Радость-то какая!
Проснулась, вернее, подскочила на топчане от взрывов над головой. Колокола. Хорошо, что это последняя ночь здесь.
Быстро собралась, Ларга поджидала меня, в то время как другие женщины направились на молитву.
А дальше все по расписанию. Молитва, взаимные поклоны, возложение рук на головы после и напоминание отца Киприано, чтобы после еды выходила к телегам.
– Они возле дома будут.
И правда, когда мы направлялись на завтрак, к нашим дверям подгоняли три телеги. Я засуетилась. Надо поскорее перекусить и уже готовиться.
Ларга подхватила мое настроение, растолкала очередь, крича всем, что нельзя задерживать самого отца Киприано. Раздобыла нам тарелку каши, такой же, как вчера. Устроила меня на лавке.
– Ешь досыта. Я со своими поем.
– Да здесь на двоих хватит, – воспротивилась я.
– Не думай обо мне. Ешь.
А еще подсунула мне крохотный кусок окорока. Прямо рукой бухнула в тарелку. Совсем неожиданно. Я разломала его ложкой, перемешала с кашей и наелась от пуза.
– Спасибо тебе, – пододвинула к ней тарелку с остатками каши.
Но она не торопилась приниматься за еду. Посмотрела на тарелку, на меня, отвела глаза. Вздохнула.
– Говори.
Хорошая она баба, видно, хочет о чем-то попросить, да стесняется.
– Аннушка, попроси отца Киприано помолиться об исцелении сыночка моего Свана. Ноги его не держат. А отче помолится, и исцеление придет. И вот еще, – она протянула на ладони несколько монеток.
– Да ты что?
– Бери. Отцу Киприано передай.
Ну если так… И я взяла монеты.
– Все передам, и сама помолюсь.
Затем мы обнялись. Ларга проводила меня до телег. Возле них уже собирались храмовники. Все в одинаковых коричневых одеяниях. Вскоре появился и сам отец Киприано. В руках он нес коричневую сутану.
– Надень-ка на себя, – он протянул ее мне. – Так оно надежней будет.
Странное дело, но ему виднее. Накинула на себя одежду храмовников, затянула поясом, как они это делали, и замерла перед ним.
– Пресвятая Дева наша защитница, – положил он руку мне на голову.
Я так понимаю, что это местное благословение такое.
На этом мы простились с Ларгой. Отец Киприано занял место во второй телеге, и меня позвал ехать с ним. Остальные храмовники, их я насчитала восемь, расположились частично на нашей и на других двух телегах. Наконец отец Киприано скомандовал, и наш обоз тронулся в дорогу.
Каждую телегу тянуло по две лошади. Но и нагружены они были с верхом. Чем? Непонятно, потому что закрыты парусиной и перевязаны веревками.
– Ты держись поближе ко мне. Так надежнее будет, – повторил отец Киприано.
Проехали через городские ворота и устремились по безлюдной дороге. Чем дальше, тем больше я тревожилась о нашей безопасности. А храмовники тихонько болтали меж собой, посмеиваясь время от времени. В общем, вели себя совершенно расслабленно.