– Это я с радостью, брат Тосна. Не первый раз мы плечом к плечу на благое дело призваны.
Я хищно улыбнулась и встала на шаг позади него. Так мне сподручнее его охранять.
– Пойдем-ка к стеночке отойдем. Оттуда за всеми и понаблюдаем, – я показала на дальний угол.
В центре мы как на ладони, и спина неприкрытая чешется, а в темном углу – самый раз для нашей миссии.
Там мы и простояли, в напряжении вглядываясь в лица людей. Выискивая другую эмоцию. Ведь тот, кто пришел навредить, не будет испуганно озираться по сторонам. Он должен оценить обстановку, изучить план строений, предусмотреть пути отхода. И все это можно прочитать по лицу.
Но в темноте… это невозможно.
Тогда план «Б». Я отделилась от стены и, подражая храмовникам, произнесла:
– Братья, на нас напали! Нападавших схватили и сейчас допрашивают. Но есть подозрение, что их было больше. Мы всех не знаем в лицо. Оглянитесь вокруг себя, посмотрите на соседа. Знаком ли вам этот человек? Без вашей помощи нам не справиться.
Вот сейчас хорошо. Одним выстрелом я положила кучу зайцев. Рассказала людям причину шума, заняла делом, это лучшее средство от возрастающей паники, и наконец переложила заботы на их плечи.
Охранники, те, понятно, настроены решительно. Но и бывшие узники начали поднимать головы. Они обрели свободу, кров, надежду на будущее, и за это будут стоять до последнего.
Мои слова передавали дальше, люди оборачивались, смотрели по сторонам, а потом пошли искать посторонних.
Это правильно. Нечего ждать нападения, хороший стратег действует на опережение. И вот еще. Случись что, наши опасения окажутся напрасными, люди поймут, в какой ситуации все мы оказались, и отныне будут держать «уши востро».
Мы с братом Тосна простояли до первых лучей солнца. Монастырь постепенно успокаивался. Паника отступала. И вскоре к нам пожаловал бургомистр. Он шел, широко шагая, за спиной двое охранников. А ведь в монастыре он обходился без них.
– Аннушка, ты как? Еле тебя нашел.
– Мы с братом Тосной в порядке. А у тебя какие новости?
Он подошел вплотную.
– Нас хотели поджечь. Помощь подоспела от Бада, его люди заметили чужаков на дороге и проследили за ними. Не дали зажечь огонь, подняли шум. Мы их допросили. Знаешь, кто их послал?
– Судья! – уверенно произнесла я.
– Да.
– Быстро же он подсуетился. Ну да ладно. Поймаем, повесим. Так ведь?
– Иного он не заслуживает.
– Пойдем, отче Киприано тебя зовет.
Я обернулась к брату Тосне.
– Ты как здесь? Один справишься?
– Я не один – повсюду люди. Иди. Если отче позвал, значит, опасность миновала. А я сейчас плат на место верну.
С этими словами он отвязал от пояса мешочек и достал из него святыню.
Я бы поостереглась выставлять ее без охраны. Но монахам виднее. Поэтому ободряюще подмигнула и пошла вслед за бургомистром. «Есть у нас еще дома дела».
Непривычно, что суета началась до утренней молитвы. Колокола еще не призывали на нее, а весь монастырь на ногах.
Отче Киприано ожидал нас в своей беседке. У каждого руководителя есть рабочий кабинет, но у нашего – самый необычный. На свежем воздухе, в парке. При этом крайне удобное место. Незамеченным к беседке не подобраться, а значит, и чужих ушей нам не следует опасаться.
Первым делом я доложила, что святыня в безопасности. Брат Тосна ее отстоял.
Затем меня посвятили в последние события, но ничего нового я не узнала. Вооруженная группа из шести человек. Посланы судьей, чтобы подпереть двери и сжечь всех заживо. Их выследили люди Бада, скрутили, малость побили. Выведали все. Сейчас враги ждут казни.
– Да вы с ума сошли? Такую необходимую и важную для всех силу упускать. На рудники их! Там в них остро нуждаются. Охрана присмотрит, – негодовала я.
– Хитра, ой, хитра, – усмехнулся бургомистр. – Будь по-твоему. Забирай первых работников. Глядишь, и впрямь послужат благому делу.
Затем мы приступили к обсуждению плана по восстановлению законности в Вайсе и окрестностях.
Храмовники предложили свою посильную помощь. А именно – отправить послания своей почтой.
– Ваши письма действительно могут не дойти. А мы напишем кардиналу, уведомим его о возвращении святыни. В это же письмо вложим ваши, с запиской, что надобно помочь. Он непременно доставит письма нужным лицам. Вот сегодня-завтра братья вернутся, их и отправим.
Ай да отче Киприано. Ловко все продумал.
Дальше он предложил весьма смелый план. И крайне необычный. Но чем дальше он говорил, тем больше я убеждалась, что именно таким образом нам удастся выжить.
– Судья никуда от вас не денется. И от рудника не откажется. Он ждет, что вы, маркиз, прямо сейчас кинетесь обратно в Вайс. И чем дольше вы там не появитесь, тем больше он будет волноваться и непременно наделает ошибок, – закончил свою речь отче.
Восхитительный план! Я повеселела. У нас появился шанс. А до той поры… мы займемся приведением в порядок моих земель.
После завтрака попросили работников с рудников остаться.
– Нам нужна ваша помощь, – обратился к ним бургомистр. – Как всем известно, ночью мы захватили врагов. Их участь предрешена – они приговариваются мной к смерти.
Трапезная загудела, поддерживая решение Вите.