Ну, всё, ни пуха вам, ни пера! Я пошёл! — шепнул он напоследок, убедившись, что все снаряды — в кабине бывших гладиаторов.
Полёт был несложным. Управление двухместного истребителя-штурмовика мало чем отличалось от управления теми машинами, которые освоили рекруты. Пилоты сидели один за другим, каждый — в собственной кабине. Задняя кабина располагалась примерно на полметра выше передней; естественно, она досталась зелёному верзиле. Самолётом могли управлять оба пилота — по очереди, или одновременно. Сашка поначалу чувствовал, как рука драка пытается направить машину по иной траектории, нежели той, какая виделась ему. Но потом они по внутренней связи договорились, что будут вести штурмовик по очереди, меняясь «у руля» каждые полчаса.
«Сдав вахту», Александр тщательно осмотрелся и обнаружил, что, действительно, на штурмовике обе внутренние пушки можно снарядить изнутри. Правда, придётся отстегнуться от сиденья. Что чревато, в случае возникновения непредвиденных ситуаций.
Землянин посоветовался с другом, и они решили, что ни при каких обстоятельствах Ар'рахх не перевернёт машину «вверх тормашками», по крайней мере — до сигнала о том, что Сашка снова «приклеился» к креслу. Но всё обошлось.
Два десятка безгильзовых боеприпасов заняли положенное им место, Заречнев — положенное — ему.
— Сколько до острова? — перепроверяясь, спросил он у молодого следопыта, посматривая и на свои часы.
— По моим расчётам — около двух часов.
— По моим — тоже. А там до цели — рукой подать — минут пятьдесят, не больше.
— Согласен. Примешь «вахту»?
— Нет. Давай-ка лучше сделаем вот как. Ты веди самолёт до острова, и потом — до конечного пункта. А я — обратно.
— А что так?
— После вчерашнего чувствую себя не очень. Я бы поспал часок-другой. А ты — «порули». Предложение принимается?
— Принимается! — не стал возражать зелёный верзила, еще утром, во время пробежки, заметивший, что у землянина какой-то неестественный — сероватый — цвет лица. — Будем подлетать, я тебя разбужу.
— Рота, подъём! — раздался в наушниках встревоженный голос зелёного верзилы. Сашка поднял голову с груди, протёр глаза.
— Что-то случилось?
— Да пока — ничего. Но — может!
— Дружище, я спросонья торможу немного, ты не мог бы говорить подоходчивее?
— Можно и доходчивее. Точки справа видишь?
Землянин покрутил головой, всматриваясь в безоблачное голубое марево. Тщетно.
— Не вижу никаких точек. А, что, должен?
— Разумеется. Они там есть. Прямо над поверхностью воды. Десятка полтора. На большой скорости перемещаются параллельно нашему курсу.
— Ты ничего не придумываешь? Может, тебе грезится?
— Нет! Я тебя хоть раз обманывал?
— Нет!
— Почему ты тогда ты думаешь, что я обманываю тебя сейчас?
— Я не вижу ничего.
— Наверное, на это и был их расчёт. Они же не знают, что я вижу жука В'з с двухсот локтей.
— Что, серьёзно?
— Серьёзнее не бывает.
— А ты никогда не говорил.
— Так ты никогда и не спрашивал! Так, вот. Я не только вижу, но могу попасть в него стрелой.
— Попасть-то и я могу.
— Можешь. Из вашего оружия. И если жука булавкой приколоть в центр мишени. Землянин промолчал. Крыть было нечем.
— Сколько нам еще лететь?
— Минут пятнадцать. Или как вы, люди, говорите — четверть часа.
— Наверняка, это та «бяка», о которой нас предупреждал Женька. Выследили, суки. На обратном пути — нападут.
— Ладно, посмотрим. Вон, впереди — остров показался. Нам, кажется, сюда.
Конечной целью маршрута был крохотный посёлок — буквально из полудюжины строений. На карте, переданной Николаем Платоновичем, бывшим гладиаторам он был обозначен точкой в конце маршрутного задания.
На шум двигателей самолёта от домика отделилась пара элоев (или людей — распознавать с первого взгляда, кто есть «ху», Сашка так и не научился) — мужчина и женщина. Заречнев выбрался из кабины, спрыгнул на землю.
— Кто примет груз? — вместо приветствия спросил он, обращаясь, главным образом к мужчине, почему-то решив, что именно он — тот, для кого предназначен алюминиевый тубус.
— Я! — приятным голосом ответила женщина средних лет, принимая почтовую цисту. — Покушаете с нами? Я приготовила отличные пирожки с рыбой.
— Спасибо. Но вынужден извиниться перед вами — нам нужно немедленно возвращаться обратно.
— Как хотите. Я понимаю, что это такое — служба.
— Всего доброго!
— Всего доброго!
«Альбатросы» появились не с той стороны, откуда их ожидал человек. Яркое восходящее светило слепило глаза, миллионы солнечных «зайчиков», отразившихся от поверхности моря, многократно усиливали сияние и без того яркой местной звезды.
Шестёрка истребителей богомолов появилась из этой «сварочной дуги», словно привидение.
— Внимание! — раздался в наушниках голос мужчины. Он говорил на хорошем русском, почти без акцента. — Вы вторглись в зону, запрещённую для полётов. Следуйте за нами, иначе вы будете уничтожены.
— Пошёл в жопу, придурок! — не сдержался Александр. — Разуй глаза, мудила! Ты, что, не видишь, какой самолёт перед тобой! Мы не просто катаемся над морем, мы выполняем задание!
— Следуйте за нами, иначе вы будете уничтожены! — без малейших признаков эмоций повторил тот же голос.
