— Самолёту — да. У тебя переломов нет. Только вот эта шишка на голове. Когда ты от удара ракетой потерял сознание, машина бабахнулась о поверхность воды; слава Отцу Богов — плашмя. Я сумел направить её к берегу. Запаса скорости хватило даже на то, чтобы нас вынесло на пляж и шагов сто по нему протащило.
Богомолы почти сразу стали добивать машину. Я успел вытащить тебя из кабины, перенести в лес.
— Давно?
— Минут тридцать. Минут десять назад улетели «альбатросы»…
— Что с машиной?
— В хлам…
— Понятно. Сколько там времени осталось до часа «икс»?
— Четыре часа двадцать минут.
— Так. От Города Богов до сюда мы летели часа два. Стало быть, и обратно путь займёт не меньше времени. При условии, что нам хоть как-то удастся подняться в воздух. Стало быть, на то, чтобы решить проблему транспорта, у нас всего-навсего два часа двадцать минут.
Возникает вопрос: а как решить эту проблему? У меня пока имеются только два предположения — отремонтировать нашу машину, или поискать другой самолёт. Начнём с первого.
Осмотр самолёта оптимизма не прибавил, скорее — наоборот. Крепчайшая металлокерамика выдержала все удары ракетами и обстрел снарядами. Но даже поверхностный осмотр выявил, что повреждена гидросистема управления штурмовиком, в дребизги разбит фонарь передней кабины, серьёзно повреждены два из трёх двигателей.
И всё же нужно было попробовать хотя бы оторвать его от земли. Сашка проник в кабину Ар'рахха, запустил верхний мотор.
«Если удастся оторваться от поверхности, мы с Ар'раххом в одной кабине даже на одном двигателе дотянем до побережья континента». — думал Заречнев, осматривая повреждения, полученные в результате атаки «альбатросов». — «Но что делать с гидравликой? Её нужно отремонтировать любой ценой. Какой смысл поднимать в воздух машину, если она не управляема?
Надо посмотреть, какую конкретно магистраль повредил снаряд. Вдруг — не самую важную? Тогда её можно заглушить. И в систему вернётся давление».
— Ключ у тебя с собой? — стараясь говорить как можно спокойнее, спросил Сашка у друга.
— Ключ? Тот самый, которым нацеливали пушки?
— Да, он. Так где он?
— В каюте остался. В сегодняшний полёт я захватил только оружие.
— Понятно. Ладно, будем искать.
— Что искать?
— Что-нибудь. Ключ. Истребитель. Пароход…
— Что такое пароход?
— Лодка без паруса. Большая такая. Работает на твёрдом топливе.
— А зачем нам такая лодка?
— Незачем. Дело — не в лодке. Это я — так, для «красного словца». Смысл — такой: надо что-то делать, а не загорать около машины на песке. Согласен?
— Разумеется, согласен. Куда пойдём?
— Остров, в принципе — довольно большой. По-любому здесь должен кто-то жить. Люди, элои, богомолы. Для нас — хоть кто. А там, где есть разумные существа, обязательно должны быть или средства передвижения, или хотя бы инструменты для их ремонта и обслуживания. Пойдём… Туда! — махнул рукой в направлении, откуда они прилетели, Александр.
— Есть другое предложение! — остановил его Ар'рахх.
— Какое? — насторожился человек.
— Идти к южной или восточной оконечности острова. Насколько знаю я, драки предпочитают селиться так, чтобы Отец Богов согревал их своими самыми первыми лучами. Да и вообще, ждать почти до полудня, когда Отец Богов перевалит во-он ту гору, вряд ли кто-то захочет — будь он хоть драк, хоть человек. Согласен? Если здесь есть жильё, то оно, скорее всего — там! — зелёный верзила указал в сторону, противоположную той, какую изначально наметил Сашка. Заречнев опустил голову, соображая, насколько весомы резоны его друга.
— Согласен! — наконец, ответил он. — Идём прямо сейчас.
— Бластер брать будешь?
— Буду? А где он?
— Остался в кабине. Он вывалился у тебя из-за пояса, когда я тащил тебя из кабины.
Минут через двадцать бывшие гладиаторы заметили несколько покатых крыш, крытых тростником. Деревня не выглядела заброшенной, однако около хижин никого не было. Человек и драк непонимающе переглянулись, ускорили шаг.
Посреди двух дюжин бунгало, в самом центре овала, очерченного обращёнными к нему внутренними стенами хижин, стоял большущий казан, на треножнике. В огромной чугунной полусфере что-то булькало, из-под треножника вился дымок.
Недалеко от металлического котла, посредине между треножником и хижинами, на утоптанной, твёрдой, как камень площадке лежала женщина. Около руки она — большой металлический половник, вокруг головы большим тёмным пятном растеклась какая-то маслянистая жидкость. Вероятнее всего — кровь. Сашка присел около женщины, приложил два пальца к её шее. Пульса не было.
— Что с ней? — спросил драк, тревожно оглядываясь по сторонам.
— Мертва. Скорее всего — убита. Мы ей уже не поможем. Уходим отсюда. А то, не дай Бог, пожалуют аборигены…
Он поднял голову, чтобы провести себе по шее ладонью, и замер. В двух метрах он него стоял туземец, на котором из одежды была только набедренная повязка. Абориген молча целился в него из лука. Александр развёл руки в стороны, показывая, что он не виноват в смерти женщины, стал вставать с коленей.
Туземец отступил на шаг назад, что-то громко закричал на непонятном наречии.
— Бежим? — спросил Ар'рахх.
