— Никто не знает, — пожала плечами Лаванда. — Странно: любая, кого бы он пригласил, сразу же растрезвонила бы об этом! Но ведь не может он вообще не пойти! Он же такой симпатяжка!
Дальше девчонки начали щебетать по поводу внешнего вида Малфоя и вообще парней Хогвартса, и друзья моментально потеряли интерес к их болтовне.
— А правда, с кем же пойдёт Малфой? — задумчиво протянул Рон.
— Какая разница! — поморщилась Гермиона. — Лучше давайте ещё раз потренируем то заклинание, что показал нам Флитвик — Зеркальные чары. Интересно, почему ими нельзя отбить Непоправимые проклятья? Другие же можно…
— Герм, не забивай голову! Нельзя, так нельзя — какая разница! — вздохнул Рон. — Ты хоть можешь думать о чём-нибудь, кроме учёбы?
— А зачем? — совершенно серьёзно спросила та.
Гарри с Роном лишь покачали головой с видом безнадёжности.
…Валькери сидела за столом и проверяла работы третьего курса, когда по её нервам резануло ощущение приближающейся мощной Высшей магии, где-то второго уровня. Она вскочила с места, готовясь на всякий случай защищаться, и в тот же миг посреди комнаты материализовался Северус Снейп собственной персоной.
Девушка расслабилась и перевела дух.
— Сев, ну ты нехристь — нельзя же так пугать! — с облегчением пробормотала она. — И кто додумался тебя телепортировать?
Внезапно она осеклась и вгляделась в него пристальнее. Охнув, Валькери подскочила к нему, чтобы поддержать, как раз в тот момент, когда Снейп начал оседать на пол. Она поразилась, каким лёгким он оказался — и раньше худощавый, теперь Северус стал вообще словно скелет!
— Твою мать! Что они с тобой сделали?! — в ужасе воскликнула она.
— Не трогай мою маму, — еле слышно отозвался тот. — Я сам виноват…
— Потом расскажешь, — оборвала его Валькери. — А сейчас заткнись и будь хорошим мальчиком.
Пинком она распахнула дверь его комнаты и уложила почти бесчувственного алхимика на кровать.
— Кери, я сейчас не совсем готов к интимным отношениям, — слабая ухмылка скользнула по его измождённому лицу.
— Я же сказала, чтобы ты заткнулся! — яростно прорычала Валькери. Она злилась на всех: на Северуса, из-за того что он позволил довести себя до такого состояния; на Сехишшиасса, который дал согласие на проведение испытания; на всех алхимиков Ордена, чуть не убивших Северуса, замучив испытаниями; а больше всего на себя, что позволила Снейпу пойти на риск и не стала отговаривать его, и что стала его поручителем.
Она быстро смешала несколько ингредиентов и дала Северусу — сам он был уже не в состоянии удержать что-либо.
— Восстанавливает силы. Слабенькое, зато легко готовится, — пожала она плечами в ответ на его вопросительный взгляд. — Сейчас соображу что-нибудь посильнее, а ты пока рассказывай.
Валькери разожгла огонь и, поставив воду греться, начала готовить более мощное снадобье.
— У тебя такой вид, словно ты ничего не ел по меньшей мере две недели! — бросила она, взмахом руки призывая компоненты из другой комнаты.
— Полторы, — слабым голосом отозвался Северус. — И четыре дня без воды и сна.
— Почему? — резко спросила Пэнтекуин, растирая в порошок корень бессмертника.
— Мне не хватало времени… Испытание… заключалось в том… они меня отравили…
— ЧТО?! — прорычала Валькери, и её рука дрогнула, отчего кровь дракона выплеснулась на пол. — Это же испытание для уровня…
— Мастера, — закончил Снейп. — Я теперь полноправный член Ордена, Мастер алхимии.
— С ума сойти, — прошептала она. — И ты согласился?!?
— Ну, яды и противоядия всегда были моей сильной стороной, — хмыкнул Северус. Похоже, зелье уже начало действовать: по крайней мере, его голос уже не вызывал ассоциаций с умирающим. — Я сам выбрал это.
— Идиот, — вынесла свой вердикт Валькери. Зелье закипело, и она уменьшила огонь под котлом. — И?…
— И сказали, что у меня есть полтора месяца на создание противоядия, — продолжил тот. — Я начал, но к середине срока понял, что не укладываюсь. Поэтому я стал меньше спать. Затем перестал есть, сообразив, что если я умру от яда, то умереть сытым — не особо большая радость. К концу срока я вообще забыл обо всём, кроме противоядия. Я закончил за шесть часов до окончания срока. Все алхимики были удивлены: они думали, что мне конец, тем более что яд составлял твой отец…
— Ну, папа! — выдохнула Валькери.
— Я его не виню, — хмыкнул Северус. — Но попотеть пришлось изрядно, тем более что часть компонентов была мне плохо знакома. Можно сказать, что мне повезло угадать с антидотом. Кстати, он вышел практически универсальным: его испробовали на десяти ядах, и девять были нейтрализованы. Так что меня зауважали, — мурлыкнул он.
— Мечтай! — фыркнула Пэнтекуин. Она добавила в зелье желчь гидры и сняла с огня котёл. — Ну, вроде готово. Жри, скотина!
Однако, обзывая и ругая Северуса на чём свет стоит, она тем не менее сама напоила его, осторожно поддерживая голову, а потом отставила склянку и, вздохнув, обняла его и поцеловала в нос.
— Ты не представляешь, как мы за тебя переживали! — шепнула девушка.
— Мы? — не понял он.
