Честно сказать, принадлежность Эдуарда к посольству являлась его единственным достоинством. Других пока не наблюдалось.
– Вы дипломат? – спросила Лайза, и не потому, что это ее так уж интересовало, а просто чтобы как-то поддержать разговор.
– А что, похож? – хихикнул он. – Нет, я водитель. Вожу тут одного дипломатического…
– Понятно! – вздохнула Лайза.
– Кстати, хотите, расскажу один анекдот? – спросил Эдуард и, не дожидаясь ответа, быстренько выдал пару анекдотов. Довольно старых и не очень смешных.
За ними последовала еще одна порция. На Лайзу это произвело совершенно угнетающее впечатление. Он сыпал анекдотами, стараясь и так и этак, а ей было не смешно, хоть ты тресни! Хотелось уйти, но она боялась обидеть своего незадачливого ухажера. Молчала и честно терпела.
«Ну почему я такая дура, – вздохнула Лайза, – зачем я мучаюсь, слушаю этот бред, трачу время… Мне, видите ли, неловко его прервать, я думаю, как бы это сделать так, чтобы его не смутить, не обидеть! Вот и со Стасом было точно так же – во всем ему потакала, со всем соглашалась, боясь обидеть… А чего, собственно, было бояться? В нем самоуверенности на пятерых хватит! И почему я должна улыбаться, если мне не смешно?»
Между тем Эдуард, кажется, отчаялся ее развеселить и, вздохнув, заметил с укоризной:
– У вас большая проблема! У вас совершенно нет чувства юмора.
Из всего, что он говорил, это показалось ей самым забавным.
– В самом деле? – усмехнулась Лайза.
Ах, значит, у нее нет чувства юмора?! Ну все, хватит, теперь я тебе отвечу!
– Скажите, Эдуард, а вы случайно не из Петербурга?
– Нет, – удивился он.
– И не знали моей бабушки?
– Нет, а что? – В круглых глазах изумление.
– Просто вы рассказываете анекдоты, которые я слышала от нее лет пятьдесят назад! Ладно, извините, Эдуард, мне пора! Дела, знаете ли… Удачи!
Лайза встала и решительно направилась к выходу.
– Лайза, я не поверю, что на тебя никто не клюнул! Просто не поверю! Ты что, дефективная какая?
Подруги сидели у Нины в кабинете и занимались разбором полетов. Собственно, Лайза очень надеялась на то, что беседа сведется исключительно к ее профессиональной деятельности – обсуждению текущего материала, но Нинон начала с другой проблемы – об устройстве личной жизни подруги.
– Не знаю, Нина! Иногда думаю, что, может, и дефективная!
Лайза пожала плечами.
– Неужели никто не проявил желания с тобой познакомиться?
Красавица Нинон явно не могла поверить в то, что женщина может обедать в кафе в гордом одиночестве и при этом не найдется желающих ее одиночество разделить.
– Почему никто?! – обиделась Лайза. – Было пару раз! Но это все не то, понимаешь? Совсем не серьезно!
– Может, у тебя завышенная планка? Ты тоже все-таки реально оценивай свои возможности!
– Вот спасибо-то! – усмехнулась Лайза. – В смысле, с моими данными надо брать, что дают, и не рыпаться?
– Да нет, что ты, – смутилась Нинон, – я не об этом… Может, просто не стоит мечтать о чем-то заоблачном…
– Понимаешь, проблема в том, что тот, кому я нравлюсь, не нравится мне, а тот, кто мог бы заинтересовать меня, не проявляет интереса ко мне.
Лайза, вздохнув, рассказала про красавца дипломата и его спутницу.
– Какая же ты дура! – рассердилась Нинон. – Вроде умная женщина, а ведешь себя как идиотка! Ну, зачем себя с кем-то сравнивать? Да еще с кем! С моделькой! Подумаешь, красавица! Да может, она дура набитая, и с ней разговаривать не о чем!
– Возможно, и так, но тому парню, похоже, было на это наплевать, ему не разговаривать с ней хотелось!
– Ну не знаю! – пожала плечами Нинон. – Да вообще к черту ее! Ты запомни главное: сравнивать себя с кем-то – значит делать себя несчастным. Золотые слова. Ты – это ты! Ты одна такая во всем мире!
– Понимаешь, все это сложно… – вздохнула Лайза.
– Мне кажется, твоя главная проблема в том, что ты вообще слишком сложная!
– Что ты имеешь в виду?
– Как говорили философы: «цветущая сложность»! А между прочим, людей это отпугивает!
– Скажи еще свое любимое: будь проще, и люди к тебе потянутся!
– Не знаю, как насчет людей, – хмыкнула Нинон, – а мужики точно!
Лайза нахмурилась – ей не нравился этот разговор. Но Нинон была не намерена сворачивать с заданной темы.
– И еще очевидная проблема – ты не умеешь подать себя! Не умеешь, прости, заинтриговать, произвести впечатление.
Нинон постаралась произнести эту фразу с исключительно мягкой интонацией, тем не менее Лайзе стало обидно.
– Интересно, что я, по-твоему, должна делать? Каким образом интриговать и заинтересовывать? И что значит «подать»? Я что, рождественский гусь? Обложить себя приправами и яблоками?!
– Странное дело, Лайза, ты вроде умная женщина и гениальный копирайтер, легко можешь составить рекламный текст к любому товару в нашем журнале и при этом забываешь о том, что твой собственный товар – это ты. И тебе надо его продать! И здесь задействованы те же самые механизмы продвижения, тебе, как профессионалу, хорошо известные. Красивая обертка, грамотный пиар, и все – дело сделано!
