Лежу на жесткой шконке, закинув руки за голову. Пристально смотрю в потолок, пытаясь восстановить события вчерашнего вечера. Все безрезультатно, как будто пытаюсь собрать пазл, у которого половину кусочков просто выбросили. Мрак, темнота, пустота, словно нам в алкоголь что-то подсыпали, чтобы память стерлась. Обычно ведь такие вещи я не забываю, но сегодня все иначе. Моя подозрительная натура начинает искать виноватых, только вот кроме своих, я вчера ни с кем не пил и даже не ел.
Черт! Черт! Черт!
Стучусь затылком о плоскую подушку и скриплю зубами от приступа сильной головной боли. Встряска мозгов не помогает, в отделе памяти все явно ушли в отпуск.
Хлопаю по карманам штанов по привычке пытаясь найти мобильник, только я его дома оставил, а тут все равно бы отобрали. Другу надо позвонить, пусть вытаскивает отсюда мою задницу. На свободе буду разбираться и с вагонами, и с тем, кто меня так подставил.
Вот какой смысл в том, что я могу открыть эту клетку в любой момент? Выйду, и что дальше? Оперативники точно не будут в восторге. За попытку побега повесят еще одну статью и пару самых грязных дел. Я уверен, что прекрасная Леночка с легкостью провернет нечто такое, особенно после нашего с ней милого знакомства.
А Леночка ведь и правда прекрасна. Ее строгое лицо так и стоит перед глазами. Холодный взгляд, пробирающийся под кожу, даже под такую толстую шкуру, как у меня. Это уже дорогого стоит. А усмешка! Циничная, стервозная. Ее острые когти могут оставить шикарные царапины на моей спине, но сейчас меня привлекает не секс, а интеллект. Трахать умную, знающую себе цену женщину — это все равно, что есть самый дорогой десерт в мире, а его положено смаковать еще до этапа дегустации, наслаждаясь формой и ароматом. Чем я и планирую заняться. По крайней мере, это поможет мне не сдохнуть тут со скуки, если друзья не поторопятся вытащить мой зад на свободу.
Поворачиваю голову в сторону сокамерника — здоровяк с фингалом под глазом и потрепанной одеждой. Похоже, ночь у него была не из лучших.
— За что тебя? — лениво интересуюсь, пытаясь как-то переключить мысли с Елены и хреновых вагонов.
— Драка, — бурчит мужик, жуя что-то, что выглядит как остатки его терпения.
— Понял, — киваю, не особо впечатленный. — Жесткая ночь была. Курить хочется, а нечего, — вздохнув, снова провожу ладонями по пустым карманам. — У тебя есть? — Сажусь и внимательно смотрю на мужика. Сокамерник качает головой, продолжая размышлять о чем-то своем.
Паршиво…
Ложусь обратно, прикрываю веки и собираюсь немного подремать, чтобы время хоть чуть-чуть ускорилось. Только у меня начинает получаться, как к решетке подходит кто-то из оперов. Мужик вытаскивает из кармана пачку сигарет и протягивает мне через прутья.
Забавно. Обшариваю взглядом все углы, но камер наблюдения тут не появилось.
— Что это? — настороженно прищуриваюсь, спрашивая опера с четками в свободной руке. На его лице ни намека на улыбку, но в глазах читается саркастическая насмешка.
— Подарок, — бросает он и, не дожидаясь моей реакции, разворачивается и уходит.
Я ухмыляюсь. Елена Прекрасная, слишком очевидно. Как же так? И за что мне такое счастье от вас привалило? Решили, что меня можно купить за никотин? От него я, конечно, не откажусь, ну а тебе, Леночка, придется очень постараться, чтобы раскрутить это дело. Вариантов нет, повесить его на себя я тебе не дам.
Беру сигарету, закуриваю и смотрю на сокамерника, который теперь смотрит на меня с явной завистью.
— Не грусти, братан, — говорю ему и протягиваю сигарету. — Прорвемся.
Он криво улыбается, и мы сидим какое-то время в тишине, наслаждаясь затяжками. От столь увлекательного занятия нас отвлекают тяжелые шаги. Второй опер пожаловал.
— Слушай, сделай мне одолжение, — прошу его, перебивая на вдохе. — Я тебе номер продиктую, на том конце будет Ворон. Знаешь такого? — Опер вздыхает и закатывает глаза.
— Ну, допустим, знаю, — кивает он.
— Тем лучше. Позвони этому пернатому от моего имени и скажи, пусть подъедет, мне очень нужно с ним поговорить. Я в долгу не останусь.
Опер достает мобильный из своего кармана и отходит в сторону, а мне остается только ждать, когда друг приедет и официально заберет меня отсюда.
Я снова падаю на лавку, вытягиваюсь и прикрываю глаза. Лена... Остроумная, смелая и чрезмерно уверенная в себе. И, черт, как же она меня заводит! Фантазии о том, какой эта женщина может быть в постели, сами по себе начинают роиться в голове. Строгая, требовательная, возможно, даже немного жесткая, как на допросе.
Моя улыбка становится шире, и я почти забываю, что нахожусь в обезьяннике. Да и думать тут все равно пока не о чем. Никаких вводных данных по моему делу нет. Я умудряюсь заснуть с этими фантазиями на подкорке. Сквозь сон слышу стук острых каблуков, которые вот-вот начнут вспарывать бетонный пол.
