– Дорогая Хильди. Ровена – моя законная жена, – произнес Ровланд. А я перевела взгляд на Ровену, а у нее в ушах сверкнули те самые сережки, которые я нашла в чемодане у Ровланда. – Правда, я об этом еще не объявлял. Развод между тобой, Хильди, и мной, уже состоялся. Так что доказывать суду ты можешь все, что угодно…
– Когда ты успел? – дернулась я.
– Примерно за неделю, как мы отправились в путешествие, – вздохнул Ровланд. – При причине невозможности подарить мне наследника. Следовательно, в таких случаях, по закону я имею право развестись с тобой в одностороннем порядке. Без твоего согласия. Не ставя тебя в известность. Факт твоего магического нездоровья подтвердили лекари, к которым я тебя возил. Каждый из них дал официальный документ – заключение о невозможности тобой иметь детей. Этих заключений хватило, чтобы убедить суд развести нас.
– А про то, что супруга не присутствовала при разводе, ты, наверное, сказал что-то вроде… Ах, бедняжка и так страдает по этому поводу! Я не смогу причинить ей новую боль таким прилюдным позором!”, – усмехнулся Десфорт. Он смотрел на Ровланда безотрывно.
– Скажем так. В чем-то вы правы, – заметил Ровланд. – Жены часто не присутствуют при таких разводах. По вполне понятным причинам. Одно дело, когда это – семейная тайна, и совсем другое, когда суд и присяжные мусолят ее позор часами, пытаясь прийти к общему знаменателю. Многие женщины этого не выдерживают. Например, как леди Оверлинг, которая после этого свела счеты с жизнью.
“Мы будем бороться, Хильди!”, – вспомнила я объятия Ровланда. – “Не этот доктор, так следующий! Кто-то обязательно сможет помочь тебе! Я узнал, что есть отличный доктор, который может тебя осмотреть! Он как раз специализируется на магических заболеваниях! Быть может, мы сможем восстановить часть твоей магии!”.
– Так вот, значит, почему ты говорил: “О, Хильди! Не будем терять надежду!”, таская меня по лекарям! – зашлась я. – Тебе просто нужны были официальные справки от докторов, что я не способна родить! И ты ради этого таскал меня по светилам медицины и магии! Не для того, чтобы они мне помогли! А для того, чтобы доказали, что ни одна сила в мире не способна мне помочь!
– Потише, Хильди,– заметил Ровланд.
– Ты же сам сказал, что я тебе никто! Значит, ты не имеешь права мне указывать! – сглотнула я.
– Я не сказал, что ты мне никто. Ты все еще носишь мою фамилию. И будешь носить ее. Ты пожертвовала многим ради меня, я не стал лишать тебя своего имени. Считай это моей благодарностью тебе. И ты до сих пор именуешься леди Эстерланд. Ты официально являешься частью моей семьи, пользуешься всеми благами, какими бы пользовалась моя дальняя родственница или сестра. Я выделил тебе содержание. Ни в чем тебе не отказывал. И ни в чем не ограничивал. Разве что в общении, которое бросает тень на мое имя. И сейчас ты испытываешь мое терпение. Я все равно несу за тебя ответственность и забочусь о твоем благе.
– И с каких это пор общение со мной, – начал Десфорт очень задушевным голосом. – Бросает тень на ваше имя?
– С тех самых пор, пока список ваших любовных побед не превысил все мыслимые и немыслимые границы, – гневно произнес Ровланд.
Ровена смотрела на меня пристальным взглядом.
И в этот момент я подумала о том, а что если Ровланд действительно не причастен к попыткам моего убийства? Что если это – Ровена? На мгновенье я поставила себя на ее место. В ее глазах была неприкрытая ненависть.
– Сейчас часы будут бить полночь! – послышался громкий голос, а зал притих. Свет, который до этого был довольно ярким, стал немного приглушаться.
– Ваши бокалы! – послышался мягкий и учтивый голос. На серебристом подносе появились бокалы.
Десфорт взял два, протянув один из них мне. В зале было тихо. Слышно было, как в тишине раздается: “Тик!”. Потом еще “Тик!”. Огромные часы на стене отмеряли последние секунды старого года.
Было в этом мгновении что-то сакральное. Никто не смел нарушить тишину. Мистический полумрак придавал моменту какое-то колдовское очарование. На ели стали вспыхивать огни. Я почувствовала, как Десфорт обнимает меня.
– Бом! – послышалось оглушительное.
Я вздрогнула, немного испугавшись. Звон разлился по полу, прошел сквозь тело.
– Бом! – снова ударили часы в тишине.
Я смотрела на то, как вздрагивает в бокале искрящийся пунш.
– Бом! – гудело все внутри.
Я закрыла глаза. Сейчас все загадывают желания. И я не знала, что мне загадать… Злость заставляла меня требовать что-то ужасно нехорошее для Ровланда и Ровены. Но потратить свое единственное желание на месть было страшно. Попросить магию обратно? Или рудники? Ну, с рудниками еще можно пободаться… Магию тоже можно попытаться вернуть…
Я растерялась, а часы все били, били… Я приоткрыла глаза, видя, что все вокруг шевелят губами и загадывают желания. А потом закрыла и загадала свое. Какое – не скажу! А вдруг не сбудется?
– Бом!
Последний удар был оглушительным и тревожным.А потом наступила тишина.
– С Новым Годом! – послышались радостные голоса.
Я молча бросила бокал под ноги Ровланду и Ровене, развернулась и направилась прочь.