- Привет, – пробормотала она, натянуто улыбнулась, тут же отпустила руку сына и принялась рыться в объёмной сумке, одновременно давая пояснения. – Я… Мы пришли, чтобы передать тебе одну вещь. Это привезли сегодня утром, – она продолжала копаться в сумке, – из редакции. Сказали, что ты не оставил никакого другого адреса, а вещь надо было доставить непременно, поэтому… привезли нам, и вот, – она вытащила из сумки новогодний номер «Отоко» и протянула Юкио, тот уставился на нарисованную на обложке новогоднюю ёлку. – Я посчитала это важным, и вот мы…
- Зачем бы им доставлять мне журнал на дом? – удивился Касамацу. – Я же уволился.
- Да, этот человек сказал, что ты написал заявление об уходе, – кивнула Минори, нервно сцепив руки перед собой. – А ещё он сказал, что этот номер – лучший за всё время его работы в журнале и, вероятно, последний. – Она посмотрела на Юкио со странным выражением. – И он хотел, чтобы ты его получил и, может быть, сохранил на память.
- Это, наверное, Лео… – пробормотал Касамацу, пролистывая журнал.
- Ну, он сказал, что его фамилия Акаши, но разве Акаши – это не ваш главный редактор? Он не выглядел важной шишкой – был в куртке и обычных джинсах.
- И он не они-ёкай, – вклинился Ёширо, – он даже пожал мне руку.
- Это странно и совершенно не похоже на Акаши, – Касамацу нахмурился и потёр лоб ладонью. – Но не важно. Послушай, я как раз хотел обсудить с тобой кое-что. – Он оглянулся за спину, пытаясь понять, нет ли поблизости его родственников, затем с сомнением посмотрел на Ёширо и, наконец, взглянул в глаза жене. – Наверное, сейчас не самое подходящее время. И лучше нам поговорить наедине. Но я не хочу, чтобы ты волновалась из-за ипотеки, особенно теперь, когда ты знаешь, что я уволился. Я что-нибудь придумаю, родители обещали мне одолжить, пока не найду новую работу, я выплачу кредит. Вам не придётся переезжать.
- Я… – Минори попыталась что-то сказать, но Касамацу поднял руку, тем самым попросив дать ему договорить.
- И ещё, пожалуйста, если тебе будет нужна помощь, любая… по дому там, или ещё что… в общем, я всегда готов помочь. Пожалуйста, обращайся, я всё сделаю… И я хотел бы чаще видеться с Ёширо, потому что страшно по нему скучаю, и…
Касамацу говорил сбивчиво и горячо, как будто боялся, что жена, вернее, почти бывшая жена, прервёт его в любую минуту, и он не успеет сказать ей всё то, что хотел. Не успеет упаковать в слова пришедшие в его голову и отражённые в статье мысли. Чтобы не забыть ни одного тезиса, он сосредоточенно уставился себе под ноги, сунув руки в карманы джинсов.
- Я знаю, что обратного пути нет и того, что случилось, не исправить, – проговорил он в финале. – Но я буду очень стараться, чтобы…
- Я знаю, – вдруг мягко проговорила Минори, и её холодные дрожащие пальцы коснулись его руки, Касамацу вздрогнул и поднял взгляд. Минори едва сдерживала слёзы. – Я прочитала твою статью, – проговорила она. – Акаши-сан сказал, что твой материал поразил его до глубины души, и я обязательно должна прочитать. – Она с усилием сглотнула. – Я прочитала, – снова сказала она, как-то совсем по-детски жалобно всхлипнув. – Я и не знала, что ты можешь так писать, – тихо проговорила она.
- Минори, – он перехватил её пальцы, сжав в ладони, и вдруг понял, что с момента расставания не обращался к жене по имени, – я не смог стать тебе хорошим мужем, но я постараюсь быть неплохим бывшим, – он горько усмехнулся, – и я совершенно точно сделаю всё, чтобы быть лучшим отцом для Ёширо.
- Ты замечательный отец, я в этом никогда не сомневалась, – тут же горячо подтвердила она, сжав его пальцы в ответ.
Какое-то время они молчали, чётко ощущая, что их сейчас связывают не только сцепленные руки. Они чувствовали те сотни, тысячи нитей, которые пусть и растянулись теперь на километры, но всё ещё прочно соединяли их. И если ещё совсем недавно эти связи причиняли только боль, то сейчас по ним распространялось тепло.
- Знаешь, какой совет мой любимый? – Минори улыбнулась, в её глазах по-прежнему стояли слёзы, поэтому улыбка вышла болезненной. – Самый последний. «Сделайте всё, что в ваших силах, и сверх того, чтобы сохранить вашу семью».
- Это самый важный совет, – подтвердил Касамацу, поспешно опустив взгляд.
- Как думаешь, – снова заговорила она, чуть сильнее сжав его руки, чтобы привлечь внимание и заставить снова посмотреть ей в глаза, – мы сделали всё, что в наших силах, и сверх того?
Касамацу точно знал, что он сам готов бороться за них до последней капли крови, но думал, что Минори уже опустила руки. Однако сейчас в её глазах вместе со страхом и сомнениями он видел решимость. Он не был мастером объяснений и признаний, поэтому просто легонько потянул её внутрь дома, одновременно отступая назад. Находчивый Ёширо тут же бросился бежать по коридору, крича во всё горло: «Бабуля, дедуля, что на завтрак? Мы с мамой ужасно голодные!» И оба родителя невольно улыбнулись.
- Думаешь, ещё не поздно? – жалобно спросила Минори, маленькими шажками заходя внутрь и испуганно озираясь.
