- Это допросные амулеты, - махнул он рукой и стал обыскивать бесчувственные тела. - Некромагия. Если расспросы живого тела ничего не дают, такую штуку засовывают допрашиваемому в рот и пронзают ему сердце. В момент смерти душа отлетает, а в амулете остаются воспоминания за последние несколько часов... Эти воспоминания легко проецируются в виде иллюзии. Скрыть ничего невозможно, если только допрашиваемый не маг и заранее не озаботился амулетом, который в случае его смерти... в общем, когда от мозга ничего не остается.
- Угу, понятно. - Я задумчиво покрутил амулеты в пальцах. - А откуда ты знаешь некромантию?
- Святой отец! - возмутился Гарут. - Ты что, думаешь, что перенес на бумагу людские слухи и всё, ты мой биограф? Ты ничего обо мне не знаешь, монах. Ни. Че. Го. Потому и осуждать меня не моги.
- Да... - растерялся я от такого напора. - Я и не собирался...
- И не собирайся. Верь фактам. Верь своим глазам. Надоело мне отбрехиваться от толпы селян, которые в каждой занюханной деревне при звуках моего имени хватаются за вилы.
- Я не хватаюсь.
- Только потому, что монах. Тебе положено смиренно и кротко нести свой крест. Остальные поступают по-старинке. Некромантию я изучал как основную специализацию в Академии Восьми мечей. И не кривись! Это совершенно легально, утверждено Верховным магом и архипрелатом.
- Ладно, ладно. Мы с тобой связаны одним заданием, и я намерен оправдать ожидания Венца. Терпеть тебя и тяготы пути - нетрудно.
- Ну это пока, - произнес Гарут, сваливая на столик отобранное у разбойников. В основном, это были медные и серебряные монеты. - Вот дойдем до гор...
- Я и в горы лазал в молодости. Веревка и крепкие сапоги на нескользящей подошве - и пройду почти в любом месте.
- Ну-ну. Посмотри еще этот амулет.
- Тоже некромантский. Положи их все сюда, я выжгу.
- Валяй.
Я сосредоточился, в ладони потеплело. Вспышка - и слюдяные кругляши превратились в крошку, лишившись своей магии. Тем временем, Гарут спокойно наполнял наши фляги из родника, обилие немытых бесчувственных тел вокруг его нимало не смущало.
- А с этими что делать? - задумчиво спросил я. - Не оставлять же так...
- Почему?
- Очнутся - снова разбойничать начнут. А первым делом за нами погонятся. Есть идеи?
- Есть. Далеко до ближайшего поселка или пограничной заставы?
- Выжегская как раз ближайшая, полдня пути нам осталось. Капитан Курт с радостью примет этих оступившихся грешников на перевоспитание.
- Угу... Лес валить для частокола некому?
- В корень зришь, брат. Вот только их девять человек, а нас двое всего.
- Ну это поправимо.
Он расчистил от объедков и тряпья центр поляны и стал вычерчивать пентаграмму.
- Не некромантия, надеюсь? - спросил я.
- Нет. Но тебе понравится.
- Мне?
- Тебе. Деревенщины, незнакомые с магией жизни, всегда этому впечатляются.
Я проглотил 'деревенщину' и присел на бревно. Надо же понаблюдать ритуал вкупе с магией жизни - самой редкой магией, после того, как исчезли эльфы.
Гарут рисовал простую пятиконечную звезду простым деревянным сучком. Не знаю, как это влияло на качество магии - по-моему, он использовал то, что под руку попалось. Во главу фигуры поместил руну Вит с лишней закорючкой в виде уменьшенной руны Эсс - стандартное начало, воззвать к жизни и закрепить ее в создаваемом плетении. На двух плечах звезды расположились также стандартные руны Вальд и Орис - Время и Плоть. Наверное, будет какой-то голем. Интересно, что он нарисует внизу фигуры... ага. Свою руну Сун и... Андар. Последнее - просто слово на языке эльфов, означающее дневную смену стражи. Непонятно, как звезда будет работать. Но я решил оставить при себе комментарии, пока Гарут не закончит. В конце концов, в плане магии у него опыта несравненно больше, чем у меня.
Некромант творит магию жизни - где еще такое увидишь.
С его рук полилось нечто светящееся, оказавшееся при рассмотрении просто водой, заряженной магией. Вода неторопливо легла на линии звезды, руны засияли и стали мерцать.
Гарут отошел от фигуры на насколько шагов, подобрал небольшую деревянную плашку неподалеку от костра и, размахнувшись, бросил в центр звезды. Она долетела и пропала - на вспышки, ни стука. За деревяшкой последовали старая тряпка, дырявый кожаный сапог, большая обгрызенная кость и ком земли. Звезда все приняла безропотно.
Гарут начертил в воздухе свою руну и произнес 'сун'.
Раздался легкий треск, звезда перестала светиться. Мои волосы взъерошил легкий ветерок. А может, они зашевелились сами по себе, потому что такого заклинания я раньше не видел.
