- Сигнальный, сигнальный... - буркнул Гарут. - Услышишь мат и крики боли, значит, есть сигнал. Комаров, кстати, тоже сегодня бояться не надо...
- Брат Гарут, но ведь это не честно! - попробовал возмутиться я. - Даже разбойник должен иметь шанс исправиться! А ты его магией...
- Я защищаюсь. Намерений убить не имею. Это молниевый круг первого порядка. При первом контакте шок. При втором - потеря сознания и головная боль, когда очнется. Если очнется.
- Если? - ужаснулся я.
- Да очнется, не переживай... Разбойник сейчас здоровый пошел.
- А при третьем контакте что будет?
- Ну если разбойник такой дурак, что в третий раз полезет... - Гарут вздохнул и повернулся на другой бок. - Тогда таким идиотам и жить на свете незачем.
- Не ценишь ты жизнь человеческую... - в свою очередь вздохнул я.
- Люди сами ее не ценят. Дети по канавам лазят, заразу на себя собирают. Про глупости, творимые влюбленными на почве бешенства гормонов, я вообще молчу. После, по ходу взросления, вместо поиска работы что они делают? Правильно, ищут себе как бы спутника жизни! Ватар жах, ни кола, ни двора, но бабу или мужика себе в постель заполучить просто необходимо!
- Брат Гарут, если Создатель и природа запланировали буйство влечения на этот возраст, значит так и надо! Оспаривать Их мудрость просто глупо!
- Возможно ты и прав. Или наоборот? Ты не думал, со своей монашеской логикой, что это сделано для того, чтобы укрепить младой дух труднейшим испытанием в их жизни?
- Подозреваю, - хитро прищурился я, - что мысли молодежи и мысли кротких братьев сильно разнятся.
- Ты даже не представляешь насколько. Как итог нашей беседы, скажу следующее: человек, попавший в ночном лесу в молниевый защитный контур, явно личность разбойная и глупая, не способная помыслить о пользе для общества, не говоря о том, чтобы ее принести, словит явно поделом.
- Допустим. Лишь бы не убился. Давай спать, завтра еще один день в пути.
- Приятных тебе кошмаров.
- Спи с Богом.
***
- Мать твою троллиху, да откуда он взялся! - негодовал мой спутник. - На многие лиги вокруг ни души, ночь, монстры голодные бродят! Вот тебе, Дэм, подтверждение нашего вчерашнего разговора - идиот, бродяга, нищий и пьяница!
Амбре от трупа действительно сбивало летающих насекомых и некоторых не особо стойких птиц. Одежда на нем была не то что с чужого плеча, а, скорее всего, с чужого огородного пугала. На голове, в нарушение образа, было надето не дырявое ведро или сушеная тыква, а обычная крестьянская шапка с торчащим из нее куриным пухом.
- Убил, в первый же день третьей жизни - убил... - выл Гарут, меряя поляну широкими шагами. - Гореть мне в утробе Сатановой...
- Эээ... бэээ... - просипел труп, зашевелив конечностями. Мы отпрянули в разные стороны - не каждый день на твоих глазах люди воскресают. То есть, конечно, вчера было реальное воскрешение, а сегодня мнимое, но мне и мнимого хватило бы за глаза. А тут такой шок.
- Поспешил ты с путешествием к Проклятому, - сказал я, наблюдая, как мужичок сперва встал на четыре кости, потом помотал головой.
- Дэм, садись, - засмеялся Гарут. - Видишь, он подставляет тебе спину. Впервые вижу такую самоотверженность и преклонение перед слугами Венца. Садись, он тебя покатает!
- Святые отцы! - вдруг тоненьким голоском взвыл мужичок. - Не губите! В лес зашел, в чаще заплутал, зверя искал, ягоды-грибы, хоть чем-то голод унять, утробу грешную свою от урчания отвлечь!
Я достал из сумки хлеб и сыр, предложил голодающему. Тот взял, не раздумывая, и тут же набил себе рот.
- Успокойся, брат, - вполголоса сказал я Гаруту. - Венец даже убийц может к себе принять, простить и даровать все блага.
- Как я понимаю, для этого надо освободить принцессу от драконова плена, построить храм на свои деньги и сорок ночей стоять на коленях с молитвой?
Я вздохнул. Все-таки, народное понимание религии сильно упрощено, всех тонкостей никто не понимает.
- Нет, брат. За грехи делом и искупление делом.
- Поговорим об этом позже. Смотри, он вроде больше не умирает от голода.
Мужичок и вправду покончил с угощением, бухнулся на колени и принялся горячо благодарить.
- Ты кто? - вклинившись в его тираду, спросил я. - Из какого поселка?
- С Клиньев я, отче, охотник я тамошний, егерь, значитца.
- Как сюда попал? - удивился я. - От Клиньев неделя ходу!
- Дак через болото, отче... заплутал, пошел на огни болотные...
- Врет, - сказал Гарут.
- Почему врет?
- Не знаю, почему. Вижу, что врет. Охотник, даже если он шел болотом, даже если потерял все снаряжение, в такой пыльной одежде быть не может. Где грязь? Где тина? За лохов нас держишь? - Он мгновенно оказался рядом с мужичком и вздернул его в вертикальное положение.
- Бха... бха... - задохнулся тот, робко пытаясь сопротивляться. - Так я давно плутаю уже...
- По-твоему, я не увижу лжи? - разозлился Гарут. - Разбойник? А ну колись!
- Оставь его, брат, задушишь же! - Я толкнул его в сторону. Мужичок, получив свободу, живенько развернулся и припустил до ближайших кустов.
- Ушел, - огорчился Гарут. - Ну и зачем ты мне помешал?
