В начале двадцать первого века случилось необычное явление: в течении семи дней не умерло и не родилось ни одного человека. Планета замерла в ожидании. На седьмой день, который был назван "Днём Пробуждения", на мгновение, исчезло солнце. Когда оно вновь осветило небосвод, Создатель, отец нашего мира, исчез. Его место заняли тринадцать новых богов, выбранных Создателем. И я – один из этих "счастливчиков".
Мы стояли в темноте. Вокруг меня мелькали образы. Улицы. Здания. Люди. Я узнавала их. Это было прошлое. Моё прошлое. Максимилиана. Голос Ктулху, исходящий из образа Максимилиана, звучал рядом.
-Где мы, когда? – Я смотрела на мелькающие картины. – Это прошлое? Почему мы будто в твоей голове? Что вообще происходит?
Но Максимилиан был слишком увлечен просмотром своих же собственных воспоминаний. Или это была не просто память? Я чувствовала реальность происходящего. Мне же оставалось только быть наблюдателем того, что я совершила когда-то.
-Моё имя Максимилиан Фейн. Точнее, таким оно было. – Голос звучал как отстранённый комментарий. – Брюнет среднего роста с милым лицом. Я прожил жизнь обычного парня, к своим двадцати трём годам, страдающего от скучности современного общества. Всю жизнь меня называли бесчувственным, злым, подлым... Не лучшая самореклама, но какой уж есть. Родился в приличной состоятельной семье, учился в школе, институте, магистратуре. На работу устроил отец, в своей корпорации. Вся жизнь была расписана. Успешна. Удачна. Но чертовски скучна.
Мы стояли в каком-то парке. Солнечный день. Мир, каким он был до.
-Это не воспоминания, Алиса. Это прошлое. – Голос Максимилиана звучал откуда-то сверху, будто он парил над сценой. – Боги способны возвращаться во времени. Путешествовать. Смотреть. Пытаться менять что-то в прошлом. Вот только...
Мы переместились снова. Теперь мы были в его кабинете. Ночь.
-В этом нет никакого смысла. – Голос продолжил. – Прошлое не изменить. Сколько бы раз ты ни пытался. Что бы ты ни сделал. Оно всегда вернется к тому же, что было, когда ты отправлялся назад. Это константа. Единственное, на что мы никогда не пробовали влиять – момент нашего становления Богами. Это слишком рискованно. Одна ошибка – и путешественник во времени будет попросту стерт собственными действиями. Однако, мы здесь и не для этого. Мы пришли посмотреть. На тебя. На вас.
Мы снова переместились. Теперь мы были на улице. Дождь. Здание корпорации.
-Мои дни до "Пробуждения" были наполнены серостью и унынием. – Голос казался почти меланхоличным. – Будь я шестнадцатилетней девочкой с синими волосами, то я бы задумался о суициде. Ни вечеринки, ни трата родительских денег, ни путешествия не могли поднять мне настроение. Задумавшись о своей жизни и поступках в прошлом, пытался исправиться, помогать людям. И что получил? Презрение и непонимание окружающих. Какой смысл помогать людям, которые на доброту отвечают злостью?
Мы стояли в темноте. Я видела себя. Себя молодую. С пистолетом в руке.
-Апогеем стало покушение на меня. – Голос Ктулху был спокоен, наблюдателен. – Будь это кто-либо из конкурентов отца или обычные отморозки – всё бы прошло буднично и не смогло вызвать эмоций. Но поздно вечером, выходя из главного офиса фирмы, я был встречен. Своей бывшей девушкой. Алисой. Тогда, кажется, в уже далёком прошлом, мы даже хотели обручиться. Но её характер и привычки... – Я чувствовала, как его взгляд скользит по мне. – Поставили крест на возможной свадьбе. Удивительно, но я был ужасно рад встретить Алису. Мелькнула мысль: "Вот он, мой шанс наладить свою жизнь, обрести счастье". Кинувшись её обнять, я был остановлен. Ударом ножа в сердце.
Я видела это. Опять. Своими глазами. Своими руками. Боль, которую я причинила.
-Удивительно. Такая хрупкая девушка. И такой сильный удар. – Голос был бесстрастен. – Перед потерей сознания мои глаза зацепились за упавший рядом телефон. На экране горела дата.
Мы приблизились к телефону. Я видела цифры. 00.00 Понедельник, 7 сентября.
-Скажи, Алиса, – голос Ктулху вернулся в мою голову. – Ты слышишь? Чувствуешь? Сейчас ты должна была пережить всё то, что испытывала в момент моего убийства. Страх. Решимость. Отчаяние. Теперь ответь на вопрос. Зачем мы здесь?
-Я… Я беременна? – Внезапная мысль. Ощущение.
-Да. – Голос был утвердительным. – И срок даже для аборта уже не лучший. Ты бы родила ребенка. Моего сына. Не стань я Богом в ту ночь.
-Но... почему? – В голове не укладывалось. – С тех пор прошло очень много лет! Почему же я не родила? Даже признаков беременности не было!
-Как и мой отец, мать, да даже дальние кровные родственники – они много получили от родства с Богом, от моей силы. Ребёнок в этом плане ещё более интересен. Он стал богом. Ещё не родившимся Богом. Зачатым в тот миг, когда я стал... этим. Чтобы он родился, нужно много веры. Очень много энергии. Но мне он не нужен. Этот ребёнок. Теперь лишь помеха. От него больше проблем, чем пользы.
В этот момент, стоя в моей собственной памяти, в прошлом, я услышала. Не голос Ктулху. Не голос Максимилиана. Я услышала... стихи. Знакомые. Из моего детства.