И горькие слезы потекли из его глаз, видевших немало на своем веку.
— Валерия, Валерия!
Она чувствовала, как чьи-то ладони нежно гладят ее по щекам, затем влажное полотенце легло ей на лоб и его прохлада привела ее в чувство.
— Пить, пожалуйста, дайте мне пить.
Вода была холодной и казалась сладкой и животворной. Она выпила ее всю из кружки, которую поддерживал Зигфрид и приподнялась с одеяла.
— Что с вами было, Ваше Высочество? — голос короля звучал обеспокоенно.
— Ничего страшного. — проговорила Валерия. — Очень давно на этом месте произошла страшная битва. Воины Даварии сражались с захватчиками, пришедшими на их землю. Они победили, но многие пали в этой долине, а самый главный из воинов потерял здесь руку.
— Генрих Однорукий, король Даварии! — с восторгом и ужасом прошептал кто-то из стражников. — Но это было почти триста лет назад!
— Да, вам есть чем гордиться! — ответила ему Валерия. — Ваши предки были славными воинами, слово «честь» им было известно не по наслышке.
Она повернулась к Зигфриду и успокаивающе улыбнулась ему:
— Здесь бушевали такие сильные чувства, люди шли на смерть ради своей земли. До сих пор отголоски тех времен витают над этой землей. Не тревожьтесь, Ваше Величество, просто я умею их улавливать. Спасибо за помощь, мне уже лучше. Нам следует скорее проехать эту долину.
Зигфрид помог Валерии встать и усадил ее в седло. Вскоре они миновали поле давнишней битвы и направились к ближайшему городку. Зигфрид весь последующий путь не сводил с нее глаз, опасаясь повторения приступа. А еще он помнил о том, как прижимал к себе ее легкое, безвольное тело, как нес ее на руках и гладил бледное лицо.
Останавливаясь во всех встреченных поселениях, через неделю они уже повернули назад, намереваясь возвратиться в столицу. За все время к их отряду добавились еще двое подростков- мальчиков, одна юная девица, женщина лет сорока, бывшая травницей- знахаркой в одном из городков. В ней Валерия разглядела задатки сильнейшей целительницы, но уговорить отправиться с ними сумела с большим трудом, вернее, уговорил ее Зигфрид, пообещавший Илоне, как звали женщину, что она уедет с ним в Новую Даварию. На обратном пути, случайно остановившись на небольшом хуторе, Валерия обнаружила молодого мужчину с даром. С двумя детьми, мальчиками двух и четырех лет, он жил в небольшом домишке, окруженном участком распаханной земли. Жена его умерла год назад от укуса змеи, теперь двадцатипятилетний вдовец мыкался с детьми и небольшим хозяйством, смиренно принимая свою неудачливую долю. Он внимательно выслушал Валерию, недоверчиво покачал давно не стриженной светловолосой головой и сказал:
— Так не бывает, прекрасная госпожа. Я обыкновенный человек, нет во мне ничего такого, особенного. Вам показалось, все ошибаются порой.
В доказательство Валерия была вынуждена на месте освободить его дар, после чего Иоганн, теперь уже его подопечный, целый день ошалело сидел на лавочке во дворе, переваривая свой новый статус. К счастью, учеником он оказался способным и терпеливым и не доставил никому ненужных хлопот и волнений. Оба сына Иоганна, по наблюдениям Валерии, тоже были одаренными магически, но инициировать их пока не было возможности из-за их младенческих лет. Других одаренных по пути в столицу им больше не встретилось.
Они вернулись в Кальтхейм поздно ночью. Устроив своих подопечных, Валерия сразу же отправилась к мужу, все остальное могло подождать до утра. Роберт уже спал, но на ее стук дверь открыл быстро и тут же заключил ее в свои крепкие объятия.
— Мыться, мне срочно необходимо помыться! — прошептала она, целуя мужа. Он сам помыл ее, согревая магией воду, хотел напоить чаем с печеньем, но Валерия не могла больше оставаться без его поцелуев и объятий, слишком долгой показалась ей разлука. И чай, и печенье были забыты, Роберт и Валерия с искрящейся страстью возместили недополученное за время расставания общение, уснув почти на рассвете.
Занятия с новыми одаренными подходили к концу, когда на полигон пришел князь Разумовский. Несколько минут он молча, с непроницаемым выражением лица наблюдал, как Валерия и Эрик Свенсон объясняют своим ученикам правила магических приемов и рассказывают о Кодексе магов. Еще на Старой Земле ими были приняты положения этого Кодекса, слишком много силы сосредоточилось в руках магически одаренных людей. Эта сила нуждалась в контроле, а порой и в ограничении. Простые люди не знали, но маги еще несколько веков назад создали свою Магическую Инквизицию, которая строго следила за соблюдением Магического Кодекса. В нем прописывались ограничения или полный запрет на эксперименты с людьми, использование магии крови, человеческие жертвоприношения и другие действия. Кроме того, уже на Острове Алексей Воронцов написал Манифест Магов, в котором изложил моральные принципы, по которым должны жить все одаренные, чтобы стать образцом для всего остального человечества.
