В позолоченной клетке этого нуворишьего рая задыхается не только Ричард, но и его красавица мать — Нада, как он называет ее, не справляясь с русским “Надя”. Писательнице не только удалось передать “изнутри” сознание хрупкого и ранимого подростка, но и показать в его преломлении исполненную кричащих противоречий личность незаурядной женщины. С одной стороны, Нада — творческая, ищущая натура, утонченная интеллектуалка, тяготеющая к вольным нравам нью-йоркской богемы, с другой — типичная парвеню, тщеславная и эгоистичная, зачарованная роскошью и блеском “дорогостоящей публики”, вне которой себя не мыслит. Дочь бедных украинских иммигрантов (как выясняется в конце романа, ее настоящее имя — Наташа Романюк), она выдает себя за дочь русских белоэмигрантов, Наташу Романову, прозрачно намекая на свои аристократические корни. Несмотря на чрезмерные амбиции, Наде удается выбиться в люди самым банальным способом, к которому во всем мире прибегают тысячи, миллионы корыстолюбивых золушек, — путем расчетливого брака с преуспевающим бизнесменом.
Нада еще более трагическая фигура, чем Ричард, поскольку никого по-настоящему не любит. Стариков родителей она забыла, словно муторный и серый сон; приземленного, непробиваемо жизнерадостного мужа, вытащившего ее из грязи, она от души презирает; сын, в котором она видит воплощение своих честолюбивых грез, оказывается досадной помехой на пути к абсолютной свободе. В общем, Оутс удалось создать уникальный женский характер: загадочный, непрозрачный, неисчерпаемый (поскольку он показан исключительно с точки зрения пристрастного повествователя) и в то же время до боли знакомый каждому из нас.
Такое же смысловое богатство отличает и весь роман, который, хочется верить, не затеряется среди разливанного моря переводной и доморощенной халтуры и найдет своего читателя не только среди вымирающих литературоведов-американистов и торопливых газетчиков, в лучшем случае пролистывающих книги по диагонали.
