4 При этом Чоран всегда остро ощущал то, что сформулировал в записной книжке 1969 года: “Смерть — самая странная (и вместе с тем самая естественная) разновидность фиаско, неудачи, краха. Самый полный из наших
Невольно вспоминается тот, кто, может быть, впервые оформил положение, противоположное чорановскому, — “смерть есть извращение основного принципа: жизни” — как
5 Если бы не это, борьбу Чорана можно было бы попытаться описать в рамках буддийского “избавления от привязанностей”, пути к нирване (“угасанию”), иначе недостижимой. Ибо, кажется, единственной его настоящей привязанностью была привязанность к земной славе… Или в терминах борьбы гордости с честолюбием: честолюбец жаждет известности, гордец мечтает ею пренебречь.
6 “То, что нельзя осмыслить в понятиях религии, даже и переживать не стоит” (1958).
7 Думается, что чорановская страсть к долгой ходьбе (иногда он шел подряд несколько дней и проходил огромные расстояния) связана с необходимостью ощущать — физически ощущать — оставшееся нам пространство свободы — то есть свободу движения в пространстве.
Николай Клюев. Письма к Александру Блоку: 1907 — 1915. Публикация, вводная статья и комментарии — К. М. Азадовский. М., “Прогресс-Плеяда”, 2003, 368 стр.
