В своих воспоминаниях о Блоке С. М. Городецкий цитировал письмо Блока к “одной из своих знакомых”: “Сестра моя, Христос среди нас. Это — Николай Клюев”. Эта фраза получила достаточно широкое распространение в научной литературе как принадлежащая Блоку. Ее, в частности, неоднократно приводит в различных разделах своей книги “Хлыст” А. Эткинд, основывая на ней замечание о “кощунстве” поэта.
Азадовский тоже цитирует воспоминания С. М. Городецкого и делает к этому фрагменту пояснение: “„Одна из знакомых” — А. А. Городецкая, жена С. М. Городецкого. Цитируемые слова Блока содержатся в письме Блока к А. А. Городецкой от 7 декабря 1911 г.”. Между тем такой фразы в указанном письме Блока к А. А. Городецкой нет. “Сереже я посылаю послание Николая Клюева, прошу Вас, возьмите его у него и прочтите, и радуйтесь, милая. Христос с Вами и Христос среди нас” — вот точный текст соответствующего пассажа из блоковского письма. Согласимся, что трактовка его в направлении, заданном С. М. Городецким, вряд ли совпадает с тем смыслом, который вкладывал в эти слова сам Блок. Не исключено также, что слова “Христос с Вами и Христос среди нас” вообще относятся не к предыдущей, а к последующей части письма, где речь идет о взаимоотношениях Блока с влюбленной в него А. А. Городецкой.
Сам Клюев, излагая в 1926 году Н. И. Архипову мифологизированную историю своих взаимоотношений с Блоком, также искажает посвященную ему фразу из блоковского письма. Однако маловероятно, чтобы Клюев, как предполагает Азадовский, “знал это письмо не в пересказе, а читал собственными глазами” — как в таком случае объяснить почти дословное совпадение его версии с “цитатой”, приводимой С. М. Городецким?
В заключение позволим себе воспользоваться случаем и указать на одну вполне очевидную, с нашей точки зрения, и вместе с тем “смыслонесущую” опечатку. В предисловии к публикации клюевских писем к Блоку Азадовский цитирует следующий фрагмент из воспоминаний А. Белого: “…ушел же Добролюбов, ушел к Добролюбову светский студент Л. Д. Семенов через два с лишком года после этого, ушел сам Лев Толстой…” Комментируя эту запись, Азадовский указывает на ошибку памяти мемуариста: “Дата неточна: Л. Д. Семенов „ушел” лишь в начале 1908 г. — через 10 лет после А. М. Добролюбова”.
