Прорыв совершил и научный сегмент Зерона, разработавший революционно новый принцип воздействия на тонковолновые энергии. После чего собранные дестабилизаторы были перенаправлены на Теякапан при помощи высокопоставленных чиновников Ксипила, согласившихся на сделку со старым врагом за вознаграждение в виде процентов от продажи добытых минералов. Установленные в определенных географических точках механизмы привели в действие тщательно разработанный зеронцами план.
Все заключалось в одном свойстве каждой из живых планет, а именно – в наличии высокоэнергетических точек на ее поверхности. Испускаемая живым космическим телом энергия, циркулирующая внутри, выбрасывала свои излишки наружу, образуя в местах выхода энергетическую сеть, опутывающую планету. Природа и на этот раз поступила чрезвычайно мудро, предохраняя наличием равномерного распределения планету от катаклизма.
Получаемая Ксипилом энергия под воздействием дестабилизаторов вызвала дисбаланс в энергетическом контуре планеты. Два вида энергии на ее поверхности были несовместимы. Вернее, они-то как раз прекрасно совмещались, если брать для сравнения пример с банальными магнитами, где два разнополярных с одной стороны и однополярных с другой стороны куска, притягиваясь друг к другу, образуют при соприкосновении удар, наносящий обоим кускам повреждения на молекулярном уровне. Держащему в руке магниты покажется, что ничего ровным счетом не произошло, но для находящихся на поверхности магнита микробов каждое соударение будет весьма заметно и ощутимо.
Выкачка энергии из ресурсов приводила к появлению аномалий в виде спонтанно возникающих групп сферических плазмоидов, выжигавших на пути своей миграции к ближайшей точке выхода энергии все живое. Сами точки выхода энергии планеты начинали постепенно ослабевать. Представители ресурсной расы, подвергаясь генетическим изменениям из поколения в поколение, становились все более не похожими на изначально завезенных особей. Практически вдвое уменьшился их размер, а, стало быть, и объем откачиваемой для получения энергии крови. Для восполнения возникшего дефицита теперь требовалось, как минимум, вдвое больше гуманоидов. Но, заимев испорченную генетику, выражающуюся в проявлении физических дефектов, уродцы стали, к тому же, отвратительно неплодовитыми. Почти каждая вторая беременность самки заканчивалась выкидышем или рождением мертвой особи. Не помогали даже тепличные условия, созданные для безоблачной жизни в городах. Просторные комнаты, парки развлечений, выведенные за пределы городской черты, заповедники – по истечении времени все это оказалось не нужным. Вначале правительство ресурсной планеты даже пыталось адаптировать жилые помещения к уменьшению роста гуманоидов, но, учитывая резко снижающееся количество особей, остановилось только на замене части капсул, подогнанных под изменение антропометрических данных. Хуже было только то, что в последнее время все чаще многие из бездетных пар, покидая свои жилища, совершали самоубийства, не желая смириться или со своей участью стать источником энергии, или же со своей участью остаться без продолжения рода. Генетически закрепленный инстинкт самовоспроизведения, лишенный физической возможности для реализации, вызывал непоправимые нарушения психики.
На самом деле правительство Ксипила старалось скрыть любую информацию о часто возникающих бунтах ресурсных особей. Распространение слухов о нестабильности энергетического ресурса могло повлечь за собой обвал на имперских биржах, увеличение оттока капитала и подорожание валюты.
При начинающейся нехватке полноценных особей для выкачки энергии новый удар нанес слабый и беззащитный враг: сохранившиеся за время перестройки планеты флуоресцентные цветы Икли утратили свое токсичное воздействие на ящеров. По оценкам биологов, это изменение было обусловлено отсутствием формы жизни, из-за которой у Икли появился этот защитный механизм. Но именно это обстоятельство и послужило причиной новых неприятностей. Отсутствие ядовитого компонента Икли привело к тому, что в вечернее и ночное время цветы стали излюбленным местом обитания мельчайших насекомых, прозванных Икликами из-за их тесного контакта с цветами. Приманиваемые испускаемым светом насекомые образовывали временные колонии внутри цветов, выжидая удобного случая для того, чтобы ужалить любое из существ, оказавшихся рядом.