Все эти темы достаточно острые, порой скандальные, — к последним, например, относятся финансы и гомосексуализм в среде духовенства. Сенсационна сама возможность говорить о Русской Православной Церкви как о социальном субъекте или, скорей, как о социальном пространстве, в то время как Римско-католиче-ская Церковь уже давно находится в самой гуще политической истории и обросла соответствующими литературными образами: властолюбивые кардиналы, хитрые папы, похотливые священники, миссионеры, которые действуют заодно с колонизаторами или реакционерами… Русская Православная Церковь была обойдена такого рода вниманием: в синодальный период — из-за ее слияния с государством, в советский — потому что она была не столько субъектом, сколько объектом насилия системы. В новейшее время, в период безраздельного господства коммунистической идеологии, она прошла путь гонений, грубого давления и унижений со стороны власти. Сейчас уже гонений нет. Более того, Церковь вышла из советского периода в ореоле мученичества. Исповеднический подвиг духовенства и мирян наделил ее высочайшим авторитетом, в том числе и среди атеистов или людей других вероисповеданий. Однако уже пришло время дать ответ на вопрос, что удалось сделать за время вероисповедной свободы, как использовались новые возможности, на каких началах, уже без “уполномоченных” и тотального контроля КГБ, построена церковная — приходская и епархиальная — жизнь. Что и как исполнено в деле миссии, просвещения, благотворительности и духовного окормления верных. Все это, конечно,
