я сопрягаю с расстановкою речений; —
так бо мне Писа велит; — от коея
богодарные к мужам грядут напевы,
к оным, коих исполнитель
правил Геракла былых,
справедливый Эллинский сей судия,
сей Этолиец веждами
над обернул вкруг кудрей
маслиною голубо-сизой; — некогда
ю ж от истоков тенистых Истровых сын
Амфитрионов принес,
память лепую борений Олимпийских,
Гиперборейский склонивши сказанным
народ, коим чтим Аполлон. —
Срядясь, для всесборныя рощи Зевсовой
растение вымолил, дабы
доблестных венчать, остальных осенять. —
Освящены уж отчи жертвенники были
им, в полумесячный вечер
полным оком златоколесничной Мены,
круг пятилетний и суд борениям
великим уж был учрежден
при брезех Алфея заветных праведный. —
Но древ не рождала прекрасных
в Кроновых долинах Пел
Лишенный оных вертоград ему казался
острыми солнца лучами выжженным. —
Посему всем сердцем устремился в земли,
что вдоль Истра; — где Латони-
на конегонная дщерь
от Аркадских жерл и извивистых недр
сего пришельца встретила; —
он, исполняя тогда
приказ Эврисфея, за ланью броситься
золоторогою был отцом принужден; —
жертвой Ортосии стать
предписала Таиг
ту догоняя ж, и край сей видывал,
Борея что хладного за
дхновеньем. — Застыл, древесам дивящийся; —
охвачен желанием сладким
их окр
ристалищ конных м
сей благосклонно снисходит с двойнею
богоравной широпоясныя Леды. —
Ибо, взошед на Олимп, наследствовал
им чудных вершение прей
о скоростности колесниц и доблести
мужей. — Потому побуждает
сердце мя вещать, что успехом Ферон
сынам Тиндаровым обязан доброконным
и Эммениды. — Зане всех более
чтят за дружескими тех они пирами,
помыслом обряды вышних
благочестивым блюдя. —
Коль вода всего совершенней и всех
ценней владений золото; —
в собственных ныне Ферон
ступени достиг наивысшей доблестях,
тронув Геракла столпы. — За них же ступать
мудрости полным не след
и лишенным. — Да не двигнусь. — Тщиться тщетно.
Восьмая Немейская
