— Кто же, по-твоему, «эти люди»? — искренне удивилась она. — Ты же не имеешь в виду правительство Содружества наций, правда?
— Я никогда не работал на правительство.
— Глупости, Димитрис. Да, ты работал в частной компании. Но она все время выполняла правительственные заказы. Твой юридический статус не соответствовал тому, что ты на самом деле делал. Ибо так было нужно исходя из высших общественных интересов. Но передо мной ты можешь не скрывать истины. Она мне известна.
Я пораженно покачал головой. Разговор шел не так, как я ожидал.
— Димитрис, позволь я слегка подтолкну тебя к тому, что ты пытаешься, но не решаешься мне сказать, — решительно взяла она разговор в свои руки. — Ты прошел через войну. На войне ты видел, а иногда и совершал ужасные, с точки зрения цивилизованного человека, поступки. Вопиющим образом противоречащие тем идеалам, в которых ты воспитывался. Ты не в состоянии забыть о них, не можешь их оправдать. И винишь в них себя, а также других причастных к ним людей. И не только врагов, но и тех, кто воевал на твоей стороне. Вот — та самая «страшная правда», которую ты не решаешься мне выдать. Вот видишь, я сделала это за тебя. И я, как видишь, совершенно спокойна и не удивлена. Может быть, тебя также успокоит, если ты узнаешь, что десятки ветеранов, с которыми я беседовала прежде, испытывали схожие чувства? Это — абсолютно нормально.
— И что же ты намерена мне на все это ответить? — спросил я, усмехнувшись. — Что все это делалось ради высшего блага и было наименьшим злом из возможных?
— Давай не будем торопиться и вначале ты расскажешь о том, что тебя беспокоит. Начни с самого начала.
— С самого начала?
Я сам не заметил, как начинаю заводиться, как бы в противовес нарочито ровной и легкой манере речи Митчелл.
— Да, с самого.
— Ах, с самого? Ну хорошо.
Я набрал в рот много воздуха, прежде чем начать.
— Меня беспокоит то, Кэтрин, что в 2060-ом году группа лиц, работающих на Содружество Наций, либо же на консорциум «Смарт Тек», включая некоего Чхона, а также, возможно, Роберта Ленца, сделали одно предложение моим родителям, Владимиру и Катерине Войцеховским, живущим вне юрисдикции Содружества. Они предложили им провести экспериментальную генную модификацию их нерожденного ребенка, чтобы тот родился здоровым, в обмен на их право в дальнейшем использовать такого ребенка в военных и исследовательских целях. Я — этот ребенок.
Психолог задумчиво поправила очки.
— Меня беспокоит, Кэтрин, что примерно с 74-го по 76-ый некий Роберт Ленц, пользуясь услугами своего агента Клаудии Ризителли, шантажировал моего отца, принуждая его выдавать секретную информацию, имеющую отношение к работе отца в структурах Центральноевропейского Альянса. В дальнейшем Ленц, или же его руководство, использовали эту информацию, чтобы спровоцировать войну Центральноевропейского Альянса с Югославской Народной Республикой. Вследствие их тайной игры мой отец был арестован, а в дальнейшем убит органами безопасности ЮНР. На разразившейся затем войне аналогичная судьба постигла и мою мать.
Доктор сделала было движение, намереваясь вставить слово, но я не позволил.
— Меня беспокоит, что Роберт Ленц, пользуясь моей юношеской доверчивостью и скрыв от меня целый ряд важной информации, убедил меня вступить в интернат «Вознесение», где я стал пленником на два с половиной года, подвергался унижениям и пыткам, а также психотропному воздействию на мой мозг. Меня беспокоит, что, вопреки моим предпочтениям, меня направили оттуда на обучение в полицейскую академию, после чего я был бы обязан не менее пяти лет служить в силовом блоке.
Кэтрин больше не делала попыток прервать меня, а лишь слушала молча.
— Я опущу много незначительных фактов, которые также меня беспокоят. Но меня, мать твою, очень сильно беспокоит, что в мае 2089-го, когда я находился в шаге от окончания своего контракта, который я добросовестно выполнял, кукловоды, считающие меня своей собственностью, вновь лишили меня права решать свою судьбу. Я говорю о таких людях, как Чхон, его протеже Гаррисон вместе со своими цепными псами, включая некоего головореза Тайсона Блэка. А также, скорее всего, все тот же сукин сын Роберт Ленц. С этой целью они сплели сеть интриг и лишили жизни множество людей, включая моего друга, Бена МакБрайда, у которого осталась вдовой жена и осиротел маленький ребенок. Их подчиненные, включая хорошо знакомого тебе Паоло Торричелли, выдавая себя за агентов СБС, взяв в заложники Клаудию Ризителли и имитировав похищение моего брата Мирослава Молдовану, своим давлением вынудили меня принять предложение Чхона и подписать контракт с частной военной компанией «Грей Айленд Ко».
Я уже не мог остановиться.
