Новый Мир ( № 8 2003) полностью

“<…> нет сейчас для развития отечественной рекламы вещи более полезной и нужной, чем современная российская поэзия. Причем, как представляется, крайне нужны и достаточно передовые ее разделы, особенно такие, как минимализм, примитивизм, авангардизм, концептуализм и т. д. и т. п. Да все разделы поэзии весьма полезны копирайтерам — даже самые белые верлибры. Российская поэзия, короче, может быть весьма и весьма полезна для разработки названий новых торговых марок, сочинения рекламных лозунгов и продвижения товаров и услуг. И это первый повод литературе и рекламе обратить друг на друга внимание. Для тех, кстати, кто ищет деньги на литературу и, может быть, не в курсе. В рекламе крутятся хорошие бабки”.

“Почему нам надо осторожно радоваться группе „Тату”? Потому, что девочки осуществляют [российскую] экспансию, нашу с вами культурную экспансию, при помощи их [западных] технологий”.

“1. Мы уже практически овладели информационными и другими технологиями, позволяющими добиваться успехов на рынках — любых, в том числе и международных. Поэтому всемирные успехи России надо готовить так же, как выборные и рекламныекампании. 2. Россия — страна духовная, об этом знают даже какие-то задрипанные западные попсовики. Вот и двигать надо в первую очередь культуру. Пользоваться имеющимся имиджем”.

“Надо бы нам встрепенуться, господа. Свет более не исходит с Запада. Свет уже здесь”.

Антонина Пирожкова(Витон, США). Неизвестный рассказ И. Бабеля — “Вопросы литературы”, 2003, № 2, март — апрель.

“<…> безусловно написан И. Э. Бабелем, хотя я и не отношу его к лучшим рассказам”. Тут же и сам рассказ — “Кольцо Эсфири”.

Игорь Пыхалов.Поминая Сталина. — “Спецназ России”. Газета ассоциации ветеранов подразделения антитеррора “Альфа”. 2003, № 4 (79), апрель

Говоритиеромонах Евстафий (Жаков),настоятель храма святых апостолов Петра и Павла в Знаменке, по образованию врач, кандидат философских наук: “У меня было два отца (кроме Отца Небесного): один отец — это мой отец по плоти, а другой отец — это отец народов, который был строг, который судил, который, может быть, ошибался, но который все равно тем не менее имеет для меня высокое имя моего отца как отца моей страны. <…> Я поминаю Иосифа Виссарионовича Сталина на всех службах, где это уместно, особенно в те дни, когда он умирал, в день его рождения, в те дни, когда он праздновал общую Победу нашего народа”.