Новый Мир ( № 8 2003) полностью

Цитирую вторую строфу стихотворения, первоначально опубликованного в “Новом” мире” (2003, № 5).

…Когда в приделе полутемном

вдруг поднял батюшка седой

казавшееся неподъемным

Евангелье над головой,

мне вдруг припомнился витии

ядоточивого навет:

заемный, мол, из Византии

фаворский ваш и горний свет.

Пока, однако, клен и ясень

пылают тут со всех сторон

в соседстве сосен,

источник ясен,

откудаон.

В современной поэзии, кажется, только у него, Кублановского, я встречаю этот целомудренный и одновременно зависающий по-над пропастьюриск сопряжения:в предыдущей строфе — осенний пейзаж, слитый с более чем откровенным и чувственным портретом возлюбленной, и затем — через отточие — то, что вы прочитали. Вот написал и вспомнил, что еще более десяти лет тому назад покойный Семен Липкин говорил как раз о поэтической смелости Ю. К., но тогда речь шла о взгляде на купола храма Василия Блаженного и мысли о победе Востока над Москвой.Философияриска, в общем, та же, она “окупается” искренностью и неподдельным изумлением перед красотой и таинственной гармонией всего сущего.

Микола Лукаш.Шпигачки. — “Егупец”. Художественно-публицистический альманах. Киев, 2003, № 11

Предупреждаю: альманах двуязычный. Теперь — пара “шпигачек”:

Ой ти, боже мiй, боже iстини,

Поможи менi, атепстовi!

Это называется “Молитва”. И еще одна — без названия:

Бувають же такi дебiли —

Не зна, де чорне, а де бiле!

Сергей Морозов.Устная речь. Стихи. Вступительная заметка и публикация Бориса Дубина. — “Дружба народов”, 2003, № 4.

Очевидно, это первая относительно представительная публикация стихов талантливого малоизвестного поэта, когда-то входившего в поэтическую группу СМОГ; безысходно-одинокого человека, стихи которого выглядят полноценным лирическим дневником его горькой судьбы.

Во многолюдье кану,

всеведенья вольней,

судьбу на том достану,

что умолчу о ней.

Верней других отрада

того стиха и дня,

где от условья лада

не отличить меня.

(Из стихотворения “Обещание”, 1970)

В. М. Муханов.Князь Александр Иванович Барятинский. — “Вопросы истории”, 2003, № 5.

“Вскоре после этого Барятинский сам отправился в Большую Чечню. <…> Затем он завершил прошлогоднее уничтожение Шалинского окопа. Таким образом, под удар русских войск в 1852 г. попала наиболее населенная и жизненно важная часть Чечни…”