Толик появился неожиданно, как и в прошлый раз. Серебряков заметил его лишь тогда, когда тот постучал по стеклу. Родион открыл дверцу. Улыбавшийся Райский плюхнулся в салон, принеся с собой освежающий запах дорогого мужского одеколона. Они обменялись рукопожатиями.
— Ну что же, — начал Толик, — у меня для вас хорошие новости.
— Вы беретесь?
— Думаю, что смогу вам помочь. Насколько я понял из нашего с вами предыдущего разговора, необходима молниеносная акция, целью которой является смена руководства на этом заводе. Так?
— Совершенно верно. Сделать это нужно в кратчайшие сроки, пока нынешний директор не вызовет милицию.
Райский прищурился:
— Вы же говорили, что у вас на руках есть решение арбитражного суда? В этом случае органов правопорядка опасаться нечего.
Родион объяснил:
— Решение-то есть, но его оспорили. Так что мусора, простите, милиция может помешать. Опять начнутся разбирательства, заявления, комиссии… Все это уже было и ни к чему не привело.
Райский кивнул:
— Понятно. Кстати, прошу учесть на будущее, что если я спрашиваю об истинной подоплеке дела, то интересуюсь ей не потому, что беспокоюсь о вашем моральном облике. Просто я должен знать реальную обстановку, чтобы действовать с максимальной эффективностью. Так, с этим ясно. Теперь перейдем к технической стороне акции. Мне нужны точные сведения об охране, желательно получить фотографию нынешнего директора и план территории завода…
Неповоротливый «икарус» с наглухо зашторенными окнами в сопровождении черного «мерседеса» и синего джина с затемненными стеклами подъехали к проходной деревообрабатывающего комбината ровно в двенадцать дня. Толик, сидевший в автобусе рядом с водителем, встал и провел последний инструктаж:
— Значит, так, ребята. Дело очень важное. На все про все нам отводится максимум десять минут. Надеюсь, каждый помнит, что он должен делать?
Два десятка стриженых голов согласно закивали. Здесь сидели лучшие курсанты московской школы подготовки молодежи. Одеты ребята были в военный камуфляж. Сидевший на первом сиденье Кнут, не таясь, положил в рот капсулу амфетамина. Он уже прекрасно изучил действие этого препарата и пользовался им, когда хотелось взбодриться перед какой-нибудь акцией.
В руке Иван держал укороченный бильярдный кий, длиной около семидесяти сантиметров. Остальные курсанты были вооружены кто небольшими, но тяжелыми бейсбольными битами, кто палками от хоккейных клюшек. Многие, как и Кнут, глотали таблетки.
— Первым делом нейтрализуем охрану на проходной. Действовать быстро, слаженно и четко. Никаких переговоров! Все попытки противников вступить в диалог жестко пресекать. Удары наносить прицельно, по голове и другим жизненно важным частям тела. Никакой жалости. Помните — это враги.
Райский замолчал, внимательно разглядывая пожиравших его глазами парней. Удовлетворившись увиденным, он поднял правую руку:
— Итак, внимание! Всем быть наготове! Надеть кепки и ждать моей команды!
Толик вышел из автобуса. Как и воспитанники, он был одет в камуфляжный костюм, голова его была на пиратский манер повязана зеленым платком. Точно такой же платок висел и на груди. Он подошел к «мерседесу». Стекло в машине тут же скользнуло вниз, и показалось холеное лицо пожилого мужчины. Толик наклонился к нему и деловито сообщил:
— Мы начинаем через минуту. Действуем, как договорились. Идите точно за нами, след в след. Никакой самодеятельности!
— Я понял, — слишком поспешно для столь важного господина отозвался пассажир «мерседеса». — Мы готовы.
— Ни в коем случае не обгоняйте нас, — продолжал Райский. — Ваша личная охрана пусть тоже держится сзади. Сразу захватывайте документы, печати… Ну, этому вас учить не надо. Все понятно?
— Да. Сколько времени это займет?
— Самое большее — двадцать минут. Но я рассчитываю уложиться в десять. Все!
Толик быстрым шагом вернулся к автобусу и скомандовал:
— Работаем!
Курсанты стали один за другим покидать «икарус». Передвигались стремительно, но без излишней суеты. Теперь у всех на головах были надеты бейсболки. Сам Райский натянул платок на лицо и ринулся к проходной. Первого охранника, оказавшегося на его пути, он ударил без разговоров, с ходу вонзив свой железный кулак в солнечное сплетение. Мужчина согнулся и тут же распрямился от сокрушительного удара коленом в лицо. Обливаясь кровью, упал. Райский уже сцепился с другим и без труда вытеснил его из дежурки на территорию завода.
На Толика сбоку налетел третий охранник. Отстегивая от пояса резиновую дубинку, он закричал:
— Нападение! Вызывайте подмогу!
Кнут, бежавший следом за Райским, обрушил на голову охранника бильярдный кий, первым же ударом разбив ее в кровь. Потом изо. всей силы засадил ему ногой в пах. Готов! Сзади уже набегали другие курсанты.
— Вырубать всех! — орал Райский, молотя ботинками упавшего на асфальт противника.
Четверо представительных господ из «мерседеса» тоже уже находились на территории и опасливо озирались. Видно, их смутила столь жестокая расправа с охраной.
