Но сие присловье не про меня. Вещей у меня гора чуть поменьше, чем Монблан, так ещё новые друзья всё несут и несут подарки, и ведь не откажешь — подарки не мне, а моим мальчикам и дочери, которую я ещё ни разу не видел. Одних шпаг принесли шесть штук, и это не какие-то игрушки, а вполне боевое оружие, разве что маленькое. Два полных комплектов латных миланских доспехов, тоже маленькие, на мальчиков лет восьми-десяти. И игрушки для девочек: резные деревянные козочки, погремушки, куколки, ящерки.
Всё погрузили в трюм «Афины», туда же погрузили и дипломатические подарки императору и важнейшим сановникам Российской империи, я их буду вручать лично, поскольку являюсь третьим по значимости лицом ордена Госпитальеров. Я же буду вести переговоры с русским правительством о взаимовыгодном сотрудничестве. Для меня это нетрудно, поскольку поручение являет собой возможность ещё более укрепить связь России с Мальтой, и я выполню его со всем тщанием.
Ясным октябрьским утром я с сопровождающими меня пятью рыцарями ордена взошел на борт «Афины». Ещё по десять рыцарей отправились в поход на «Витязе» и «Джигите». Их задача изучить устройство кораблей, их двигателей, вооружения, аппаратуры управления и всего многосложного хозяйства лёгкого крейсера. На совещании Суверенного Совета мы приняли решение о перевооружении мальтийского флота на лёгкие крейсера русского проекта. Первые крейсера будут построены в России, последующие, когда мальтийские судостроители получат достаточный опыт, на верфях самой Мальты. Кроме того, решили заменить крепостные батареи открытого типа, прикрывающие Валлетту, на башенные установки, тоже русского производства. Здесь у нас даже получится некоторый взаимозачёт: русские моряки учатся и практикуются на мальтийском флоте, а русские кораблестроители будут учить мальтийских коллег.
Стремительные силуэты кораблей стелются над волнами. Я стою на крыле мостика, чтобы никому не мешать и любуюсь волнами. Мальта осталась далеко позади, мы держим путь, на Геркулесовы столбы. Слегка штормит, но я по счастью, качке не подвержен, и вижу лишь красоту волн, без неприятностей из той красоты проистекающих. Неслышно, из-за волн и работы двигателя, подходит капитан корабля, и деликатно кашляет. Я поворачиваюсь, и Александр Иванович предлагает:
— Юрий Сергеевич, не желаете ли чаю, кофе или шоколаду? Мой кок варит преотличный шоколад. Не поверите, но, петербуржские рестораторы присылают своих шоколадников учиться у Козьмы Ивановича.
— Не устою перед такой рекомендацией, — улыбаюсь я — но почему вы не предлагали мне шоколаду в прошлое наше путешествие? Мне просто любопытно.
— Тогда я и не мог вам предложить, поскольку Козьма Иванович тогда был несколько занят. Он был в отпуске для устройства личных дел, а проще говоря, женился. На самой свадьбе я с офицерами и всей командой побывали, да-с. Нельзя не проявить уважение нашему кудеснику.
— Александр Иванович, простите за возможно неловкий вопрос, но офицерам быть на свадьбе простого кока… Несколько необычно.
— У меня, Юрий Сергеевич, — довольно улыбается капитан — не только корабль необычный, но и команда кораблю под стать. Козьма Иванович происходит из старого дворянского рода, и пришел новиком ещё на мою старую скампавею. Мы тогда много стояли, и чтобы занять юношу, приходилось посылать его, куда придётся, в том числе и на камбуз. Вот на камбузе и проявился его истинный талант. Готовит Козьма Иванович необыкновенно. Божественно готовит. На корабле среди холода, сырости, сквозняков и тяжёлого труда, хорошо покушать — истинное счастье. Козьма Иванович офицер, мичман. Просто он совмещает работу на камбузе, с обязанностями моего младшего помощника, ответственного за снабжение. Кстати, с обязанностями он справляется великолепно. Он и с пушками справляется преотлично, говорит, что пушка от кастрюли отличается лишь толщиной стенок. Мои офицеры все как один подхватили эту его шутку.
Пока капитан рассказывал, матрос-вестовой принёс поднос, на котором стояли две кружки с горячим какао и выпечка. И то и другое оказалось выше всяких похвал.
— С норда слышна стрельба! — послышался голос сигнальщика.
— Сигнал по отряду: «Курс на норд». — вполголоса скомандовал капитан и предложил мне — Юрий Сергеевич, перейдёмте на правое крыло, там будет лучше видно происходящее.
Корабль, не снижая скорости, круто повернул, так что мне пришлось ухватиться за поручень. Капитан устоял, и одобрительно усмехнулся в сторону вахтенного офицера:
— Пижонит Герман, но молодец, аккуратно пижонит.
Лейтенант, надо полагать, услышал командирскую похвалу, в стекле мостика отразилась его широкая улыбка. Ромуальд де Трасс, рыцарь Мальтийского ордена, присутствующий на мостике в качестве дублёра вахтенного офицера, оглянулся на меня и показал древний, ещё римских времён жест: сжатый кулак и большой палец, отставленный вверх: «мол, класс!» Ну да, галеры на такой скорости не разворачиваются.
