— Отнюдь, мессир Великий магистр. План, может статься, и естественный, но он вовсе не прост. Судите сами: нити для сетей стали производиться в России не столь давно. Моторы, пластик для корпусов, холодильное оборудование и многое другое также стало выделываться недавно. Большинство людей, просто не привыкло к новинкам, появившимся совсем недавно. Если мы возьмёмся решительно, используя связи ордена в странах средиземноморья, то мы можем стать, так сказать, центральной конторой консервной промышленности. Все станут равняться на нас, а мы станем распределять заказы и диктовать цены.
— Заманчиво! Видит бог, невероятно заманчиво!
Де Роган-Полдю опять прогулялся к книжным полкам и назад, и снова уставил на меня руку с растопыренными пальцами:
— Мессир граф! Ваш государь ходатайствует за вас. Он желает, чтобы вы стали одним из гроссмейстеров Мальтийского ордена. Что вы скажете о должности Хранителя Общей Казны? Полномочия мессира Анджело Ломбарди истекают через три месяца, и вы можете заменить его на этом посту. Но я бы рекомендовал оставить его при себе в качестве товарища, ибо мессир Хранитель обладает не только опытом успешной работы, но и связями в банковских кругах от Европы и Магриба до Персии, Мавераннахра и Индии.
— В таком случае, может быть, имеет смысл мне остаться в товарищах мессира Хранителя?
— Нет, мессир граф. Ваш удел быть наверху и впереди. Нынешнему Хранителю Общей Казны немало лет, он уже просился на покой, так что понемногу примете у него дела. Но меня беспокоит вопрос: не сочли ли вы моё предложение умалением вашей чести? Вы боевой генерал, блиставший в сражениях и вдруг…
— Нет, мессир Великий магистр, ваше предложение я нахожу очень удачным и нисколько не умаляющим честь. Я давно определил для себя, что войску необходим твёрдый тыл, без него поражение неминуемо. Перед началом военной кампании как против Османской империи, так против Швеции вкупе с её союзниками, я много работал, создавая оружие, снаряжение и средства транспорта.
— Значит, быть по сему! — заключил Великий магистр.
О том, что Мальтийский орден согласится на мой план, ни я, ни Павел Петрович не сомневались ни на секунду. Никакое правительство, при условии, что оно вменяемое и заботится о своей стране, не станет отвергать плана, сулящего реальную независимость от внешних источников. Так и случилось. Спустя каких-то две недели в Валлетту пришли первые корабли с оборудованием для фабрики снастей: станки для плетения сетей, станки для изготовления поплавков и прочей рыбацкой халабуды. Стены и крыши были возведены как по мановению волшебной палочки, и пошло обучение персонала — рабочих, специалистов управления и прочих людей. Вскоре стали менять оборудование на трёх маленьких верфях, и спустя какой-то месяц первый готовый кораблик был переставлен краном со стапеля на гладь воды. Рослый бородатый белобрысый мужик раскалил паяльной лампой калоризатор, провернул маховик, и двигатель застучал, пока на холостых оборотах.
— Ну, с божьей помощью поехали! — по-русски сказал мужик.
Поворот рычага, и кораблик тронулся с места, и всё ускоряясь двинулся вдоль причала, повернул и сделав обширный круг по внутренней гавани, подошел обратно
Зрители бесновались: обнимались, махали руками, кричали нечто приветственное, и их понять можно: доселе не виданный в этих краях моторный кораблик сделан их собственными руками, а значит, что у них будет работа.
Я стоял в группе членов Суверенного совета, облаченный в такую же как у всех парадную мантию.
— Могу вас поздравить, мессир Хранитель Общей Казны — сказал Великий магистр — первая ваша верфь заработала, и я даже сейчас вижу, что рыболовецкое судно получилось даже не хорошим, а прекрасным. Вы что-то хотели сказать:
Я поклонился:
— Всего лишь небольшое уточнение. Следует говорить не моя верфь, а наша верфь, как и наши заводы, и наши фабрики.
— Уточнение принимается. — величественно кивнул Великий магистр — А теперь братия пойдём и приступим к богослужению по случаю спуска первого судна на сей верфи.
Из письма императора Павла Петровича графу Ю. С. Булгакову:
'Дорогой друг, Юрий Сергеевич, своё следующее рассуждение и практические следствия как осуществлённые, так планирующиеся, и я основываю на ваших идеях.
Да, дорогой друг, ваша идея культивировать раздробленность Европы, после шумных споров и жарких дискуссий признана осуществимой и желательной. После того как Англия (О, ненавистный остров!) распалась на собственно Англию, Уэльс, Западную и Восточную Шотландию и Валлонию, в России стало много спокойнее. Прежде необычайно буйные польские шляхтичи теперь стоят в очередь зачисления на русскую службу. Памятуя их склонность к мятежам и комплотам, шляхте предлагаются должности не военные, но гражданского свойства. После небольшого переучивания они становятся гальваниками, металлистами или топографами. Академия Наук замыслила грандиозный план триангуляции территории Российской империи, отчего топографов, картографов и иных специалистов не хватает просто невероятно.
