В это время я, в приятной компании, сидел на плоской крыше своего дома, под пёстрым маркизом, попивал холодное, только из холодильника, вино.
— Смотрите — сказал Анджело Ломбарди, сидящий лицом к порту — незнакомые корабли. Никогда не видел такой архитектуры. И, если я совсем не ослеп, это твои соотечественники, мой мальчик, — Анджело кивнул мне — синий Андреевский крест на белом поле.
Наговаривает на себя старый Анджело. Несмотря на возраст он весьма крепок, может и молодого мужика утихомирить, если нужда настанет. Правда, устаёт быстро, это да. Что до зрения, то зоркость старого рыцаря не уступает многим молодым и здоровым. Встаю и беру в руки бинокль, что давно уже серийно делают в Загорске в Подмосковье, и смотрю на входящую троицу кораблей с одинаковыми корпусами, только у одного надстройки другие, не военные.
— Да, мессиры, эти корабли мне прекрасно знакомы. — сообщаю я собеседникам — Впереди идёт яхта русского императора «Афина», следом за нею крейсера «Витязь» и «Джигит». Полагаю скоро мы узнаем, кто прибыл, и причины визита.
Корабли вошли в порт Валетты и встали у причала военной гавани. Мы, стоя на крыше, видели, как с «Афины» на причал стрелой подали кургузый внедорожник, в него сели матрос и офицер. На выезде из порта в машину сел один из стражников.
— Да, скоро узнаем. — задумчиво сказал Великий магистр Эммануэль де Роган-Полдю — Правда я опасаюсь, что ваш государь истребует вас к своей особе. Я, во всяком случае, держал бы вас при себе неотлучно, настолько высоко ценю ваши советы и идеи.
— Соглашусь с князем и магистром. — кивнул старый Анджело.
— Если в России не случилось какого-то кризиса, а таковые всегда вероятны, то государь император хочет видеть меня для консультации. Да, военные корабли между Петербургом, Севастополем и Мальтой теперь ходят регулярно, но живое общение есть живое общение, тем более, что многого из того что мы знаем, нельзя доверить бумаге.
— Истинно так. — согласился Великий магистр — Впрочем, машина уже у ворот, сейчас всё и узнаем.
Действительно, не прошло и двух минут, как из люка показался сначала мой мажордом, а вслед за ним старый знакомый, третий помощник капитана «Афины», только уже не лейтенант, а старший лейтенант Злобин Артём Ефимович. Я представил офицера своим собеседникам, и поинтересовался:
— С чем прибыли, Артём Ефимович? Судя по отсутствию в вашем отряде транспортных судов, вы торопились?
— Ваше наблюдение отчасти верно, Юрий Сергеевич. Особой торопливости мы не проявляли, дабы не перенапрягать машины, но и скорость держали такую, какую транспортники выдержать не могут. Хотя должен вам сказать, скоро и для транспортника средняя скорость хода будет до двадцати узлов.
— О! Я вижу, что вы ознакомились с практической моделью газовой турбины?
— Совершенно верно, Юрий Сергеевич, ознакомился. Но прошу прощения за столь долгие прелиминарии. — старлей подтянулся и заговорил официальным тоном — Имею повеление передать вам почту от Их величеств и приглашение посетить Санкт-Петербург. От себя замечу, что приглашения исходят от Их величеств, а пожелания увидеть вас воочию высказало не менее сотни человек, от высоких вельмож до профессоров Университета.
— Благодарю вас, Артём Ефимович, присаживайтесь, а я пока ознакомлюсь с посланием Его величества.
Старлей сел, и с ним вполголоса заговорили Великий магистр де Роган-Полдю и мой товарищ по экономике, а на самом деле наставник и учитель Анджело Ломбарди. Письмо, которое следует прочитать первым, по условленной с Павлом Петровичем системе знаков, было помечено карандашной «птичкой», за него я и взялся.
'Юрий Сергеевич! Если дела тебя не слишком задерживают, то не сочти за труд, и посети меня в Петербурге. Надо многое обсудить, поскольку наш с тобой план, похоже, начал давать сбои, а в будущем грозит обернуться чем-то грозным…
На устройство дел даю тебе неделю, отряд кораблей подождёт сколько надо, но было бы желательно, чтобы ты не медлил, и отправился тотчас же.
Твой искренний друг, Павел.
p.s. Разрешаю бегом.
p.p.s. Шнурки можно не гладить.
П.'
Ну что же, в столице всё прекрасно, раз Павел Петрович даже шутит, посмеивается над моими казарменными шуточками. Встаю:
— Мессир Великий магистр, вы были правы, государь император требует меня к себе, впрочем, лишь для консультаций.
Де Роган-Полдю насупился, и расстроенным голосом проговорил:
— Мессир граф, я уже привык к вам, понял, что финансы ордена в надёжных руках, а тут ваш отзыв на другой конец Ойкумены. Успокойте меня, скажите, что обязательно вернётесь.
— Я вернусь непременно, мой Великий магистр, поскольку предвижу, что Европа на пороге больших потрясений, и мой долг — находиться в центре событий.
— Хорошо сказано, мой мальчик, и мы будем тебя ждать с нетерпением. — потянулся ко мне и потрепал за рукав старый Анджело.
Голому собраться — только подпоясаться.
