У трапа мы пожали друг другу руки. Я вообще-то довольно крепок и высок, особенно для этой эпохи метр восемьдесят семь вполне приличный рост, но Логан Мак-Шенганн был почти на голову выше меня. Здоровяк с фигурой Майка Тайсона, но с умным лицом, со сверкающими пронзительно-зелёными глазами и шевелюрой цвета не остывшей меди. Одет он был в мундир весьма похожий на русский, что вполне понятно: мы поставили ирландцам довольно много сукна и полушерстяной ткани защитного цвета, вот они и стали шить военную форму сходного с нами образца.
— Исключительно рад видеть знаменитого полководца, повергшего половину монархий Европы! — провозгласил президент-протекторПравительства Национального Спасения Ирландии.
Уж не знаю, что означает такое замысловатое наименование должности, но право слово, такие яркие люди вечно придумывают необычные должности.
— И я рад видеть руководителя независимой Ирландии. Я верю, что эринах освободят Эйре. Мы же будем помогать вам в таком праведном деле.
— Великолепно сказано! Но я хотел бы спросить Ваше сиятельство: согласитесь ли вы возглавить нашу армию в нашей справедливой войне?
Хм… Вот ведь жучара! Такой скользкий вопрос задаёт при таком количестве свидетелей! Хотя наверное так к лучшему: зачем мне кривотолки и шепотки за спиной? Совершенно ни к чему! Пускай свидетели разнесут по всей Ирландии мою позицию:
— Нет, многоуважаемый Логан Мак-Шенганн, это невозможно, поскольку я связан словом дворянина. Я обещал не возглавлять армий, воюющих против Великобритании, и сдержу слово.
— Видит сверху господь-вседержитель, что вы поторопились давать слово! — громогласно провозгласил мой визави — Но коли слово дано, никто не вправе требовать его нарушения.
Мы прошли к открытому пароконному экипажу, и на нём отправились в резиденцию президента-протектора, расположенной в укреплённом замке. Пока ехали, разговаривали на самые общие темы, потом замолчали, и я принялся разглядывал людей, занятых привычными делами. Вот едет повозка, а в повозке плетёные квадратные корзины, наполненные овощами и зеленью. Вот на боковой дороге показалась отара овец, судя по всему тонкорунных — видимо гонят на стрижку. А вот у пивнушки, кажется их тут именуют пабами, разодрались два пьяницы, но на них никто не обращает внимания. Вот один из пьяниц размахиваясь, зацепил кулаком идущего мимо мужчину, и тот спокойно, не меняя выражения лица, выдал такой удар в челюсть, что алкаш улетел через невысокий забор. А мужчина спокойно пошел дальше. Да… Как же всё знакомо, особенно по девяностым годам в том мире.
— Ваше сиятельство! — заговорил мой спутник — Без свидетелей я хочу задать вам прямой вопрос: насколько высоко вы оцениваете наши шансы на победу?
Я повёл взглядом на спину кучера, но мистер Логан успокаивающе кивнул:
— Патрик мой человек, я ему доверяю полностью.
— Отвечу прямо: в связи с тем, что силы Англии связаны на англо-французской войне, ваши шансы на успех весьма велики. Но! Вы лучше меня знаете историю своей страны. Скажите, сколько раз вы терпели поражение в полушаге от победы. Сами назовёте мне причины этих разгромов, или подсказать?
— Вы правы, измена и предательство.
— Англичане мастерски используют древний принцип «разделяй и властвуй», а ваши доморощенные предатели слишком часто оставались безнаказанными.
— Именно об этом я и хотел поговорить наедине. Я слышал, что в России создана и успешно работает контрразведка. Могу ли я попросить вас помочь Ирландии наладить у себя подобную службу?
— Если вы имеете в виду присылку инструкторов и специалистов по разведывательной и контрразведывательной работе, то это вполне возможно. Что касается специалистов имеющих опыт работы именно против Англии и англичан, то сами понимаете, такие специалисты штучный товар, они и самим нужны. Впрочем, постараемся выделить несколько человек. Думаю, офицеры разведки с готовностью согласятся не такую командировку, потому что здесь они имеют шанс сильно повысить свою квалификацию. Но есть принципиальный вопрос: вы сумеете обеспечить безопасность наших людей?
Да, это непростой вопрос, и мистер Логан задумался. Наконец, что-то решил и решительно заявил: полной гарантии я дать не смогу, но мои люди сделают всё от них зависящее.
Если бы он заявил о стопроцентной гарантии, то я бы послал его подальше. Но раз передо мной здравомыслящий человек, привыкший трезво оценивать свои возможности и возможности врага, то ему можно пойти навстречу.
