Едва вышел на свет поле душа и изучения джакузи, чувствуя себя бодрым и освежившимся, как был взят в оборот целой командой ответственных за внешний вид специалистов, набросившихся на меня с молчаливой целеустремленной сосредоточенностью. Попробовал было найти Ребекку — никто не препятствовал в передвижениях -- но облепившая меня стая потянулась следом, словно сеть за рыболовным траулером, не прекращая работы. Но увидев практически обнаженную графиню на массажном столе, вокруг которого колдовал целый пул специалистов по красоте, решил погодить с накопившимися вопросами.
Меня подстригли и лишили ненужной растительности в довольно неожиданных местах, умаслили и заставили узнать, что такое хороший массаж, а после, слегка ошалевшего от происходящего, повели к стилисту – главному в той группе, которая так увлеченно колдовала над моим внешним видом. Это было не яркое бесполое существо, подобное тем близнецам, отличавшимся только цветом волос, что крутились вокруг Ребекки, а высокий и статный седовласый мужчина, которого в иной ситуации я вполне мог принять за крупного чиновника или управленца.
Достаточно скупо, но удивительно подробно им был представлен именной иллюстрированный глянцевый каталог с рекомендациями для каждого моего наряда, которые были подготовлены. Как оказалось, на меня было пошито и приобретено уже невероятное количество костюмов самых разных стилей. Часть которых седовласый стилист отправил в европейские резиденции графини, а также в принадлежащие ей дома в Москве и Петербурге и, что меня здорово удивило, в «посьйолок» Таежный Маяк.
Чтобы не показаться недалеким, я старался помалкивать и двигаться неспешно – без суеты, и вроде бы никакого удивления у колдующей надо мной группы не вызвал. Зато Ребекка их мнениями и эмоциями совершенно не интересовалась. Появившись в комнате, когда я примерял очередной наряд, она критически меня осмотрела и продемонстрировала недовольство. Чем, я не понял – костюм вроде неплохо сидел, – но седовласый стилист разволновался так, словно его сейчас на плаху поведут. Однако графиня, чуть погодя оценив результат, все же позволила себе вскользь выказать ему небрежную похвалу.
В зеркале я себя узнал не сразу. Переодев меня, стилист еще удивительно кратко, но емко – словно гениальный хореограф, вправил в мое тело несколько определенных положений. И я теперь, как искусный мастер перевоплощений, даже без грима был не похож на самого себя: в удивительно удобно сидящей одежде, с изменившейся позой и осанкой. Дополнили новый образ едва бликующие, простые, на первый взгляд, деловые очки с обычными стеклами. Сквозь них все же не было так заметно, что один глаз у меня искусственный – если очень не присматриваться. И при этом они избавляли образ готового появиться на светском рауте молодого человека от флера бестактности, который несли черные солнцезащитные очки.
Наводнившие дом стилисты, массажисты, портные и парикмахеры исчезли как-то вдруг, словно по мановению волшебной палочки, оставив нас с Ребеккой среди аккуратно разложенных и развешанных в распахнутых гардеробах нарядов. Моментально появились слуги, организовав обед и убирая едва заметные следы и намеки на нахождение в доме столь большого количества людей.
До этого момента видел графиню в совершенно разных ипостасях: в вечерних платьях – как в уютной обстановке, так и корчащейся на полу и раздавленной болью после артефактной компрессии, в легкомысленных откровенных нарядах, в строгой униформе мастеров Академии, – и, казалось, уже ничто не может меня удивить. Но это только казалось.
Ребекка была в наряде на первый взгляд современном, принадлежащем нашему миру – белом платье наподобие античной туники, дополненном золотым поясом, а также изящными и неброскими, но заметными украшениями, в том числе змеевидными браслетами и диадемой с тонким лиственным узором. Прическа графини при кажущейся простоте была истинным произведением искусства; выглядела Ребекка словно спустившаяся с небес богиня – если бы греческие боги дожили до наших дней. И лишь намек на современность ее подражательного наряда не делал меня рядом с ней чужеродным элементом – я по воле седовласого стилиста щеголял в полуофициальным стиле: джинсы, пиджак и рубашка без галстука.
За едой, что больше напоминало торопливый перекус, Ребекка была молчаливо сосредоточена – я чувствовал ее сильное напряжение. Графиня периодически переписывалась с кем-то по почте на своем профессиональном военном лэптопе, напоминающем ядерный чемоданчик – и по стоимости равном неплохому внедорожнику. Судя по отголоску эмоций, она формулировала и транслировала многочисленные вопросы и указания. При этом явно не все прочитанные письма ей нравились. Я сохранял отвлеченное спокойствие, с интересом рассматривая ногти – мне первый раз в жизни сделали маникюр. Чуть погодя, захлопнув крышку ноутбука, Ребекка закончила торопливый обед чашкой зеленого чая – я предпочел обычный – и поднялась, жестом показывая, что пора.
