Телохранители пытались удержать царя, но однажды он, позабыв даже надеть доспехи, ринулся на врага. И в эту минуту его настигло вражеское копье, пробившее ему ребро и застрявшее в печени. Пытаясь вытащить его, Юлиан порезал сухожилия на руках и весь в крови был отнесен своими воинами в лагерь. Но и теперь он проявил редкие качества духа – отталкивая телохранителей руками, Юлиан требовал коня, желая вновь вернуться в битву. Его поведение благоприятно повлияло на армию: римляне неустрашимо бросились на персов и заставили тех отступить.
Со стороны персов помимо рядовых воинов пало более 50 знатных вельмож и два главных военачальника – Мерена и Ногодар. Правда, победа досталась дорогой ценой – помимо Юлиана были убиты многие римские военачальники, а часть армии оказалась отрезанной от остальных сил. Так, погиб магистр оффиций Анатолий, а известный своей защитой христиан Саллюстий едва спасся от смерти: его прикрыли собой советник Фосфорий и какой-то безымянный солдат. Лишь спустя несколько дней остатки рассеянных легионов сумели наконец соединиться с основными силами.
Лежа в палатке, Юлиан беседовал со своими подчиненными, пытаясь даже в последние минуты жизни донести до них свои мечты и поднять угасающий дух армии. Но его рана стала обильно кровоточить, и он, испив холодной воды, испустил свой дух 26 июня 363 г. на 32‑м году жизни, не процарствовав и трех лет. Говорят, перед смертью Юлиан воскликнул: «Ты победил, Галилеянин!» [416]
Вместе с ним прекратила свое существование и династия св. Константина. Одаренный военачальник и интеллектуал, впитавший в себя лучшие черты лиц из дома св. Константина, аскет и философ, доблестный солдат и тонкий администратор, Юлиан все перечеркнул своим опасным увлечением языческими культами и способностью платить любую цену за славу и торжество собственного имени. Предав смерти многих праведников, разрушая повсеместно христианские храмы, накладывая руку на церковное имущество, дойдя в своем бессилии до крайней степени гнева, почти физически ощущая собственное бессилие перед Христом, Юлиан для всех потомков остался Отступником перед Богом, Которому некогда присягал и служил.
Набальзамированное тело Юлиана было переправлено для погребения в окрестности города Тарса, как распорядился сам василевс еще при жизни. Примечательная аналогия – если чуть более 2 лет назад тело благочестивого Констанция сопровождал к месту упокоения будущий православный император Иовиан, то останки Юлиана находились в пути под охраной узурпатора, каким он предстанет в самое ближайшее время, самозванца и хронического неудачника Прокопия, его любимца[417].
После провала авантюры и смерти Юлиана положение римской армии в Персии стало катастрофическим – «не было времени для стенания и слез», говорит историк, участник этой кампании. Почти без продовольствия, не имея подкреплений, потерявшая многих известных и опытных военачальников и воинов, римская армия отступала без каких-либо шансов достойно завершить начатую Отступником войну. Естественно, первым делом нужно было выбрать нового вождя, который в силу обстоятельств автоматически должен был стать Римским императором.
На рассвете 27 июня 363 г., когда персы рассеялись вокруг римского лагеря, оставшиеся в живых командиры легионов предложили начать выборы. Мнения, как это нередко бывает, разделились: некоторые (Аринфей, Виктор и другие), состоявшие ранее в придворном штате Констанция, предлагали своего кандидата, галлы предлагали одного из своих соратников. После долгих споров все сошлись на кандидатуре доблестного и благородного Саллюстия, но тот категорически отказался, ссылаясь на свою старость и болезни. Тогда, как это часто случается, была избрана нейтральная фигура одного из воинских начальников – Иовиана[418].
К сожалению, о новом императоре осталось немного сведений. Он был довольно молод, едва перейдя 30‑летний рубеж. Родился в 330 г. в городе Сингидунуме (современный Белград) в известной римской семье – отец его комит Варрониан, один из двух начальников императорской гвардии, только накануне избрания сына на престол оставил свою должность и удалился на покой. Это был голубоглазый молодой человек очень высокого роста, хотя немного сутуловат, осанку имел благородную, а движения его отличались достоинством[419].
Поговаривали, что он любил сытно поесть, впрочем, как и все солдаты, был очень осторожен и доброжелателен. Святитель Григорий Богослов отмечает следующие качества нового царя: «Он был муж знаменитый и по достоинству, и по благочестию, и по наружности, истинно достойный властителя»[420].
