Новый вор полностью

— Арктика — заповедник для белых медведей и северных народов. Середина — Китай и Япония. Чукотка, возможно Якутия, — Штаты, если они договорятся с китайцами. Вдоль мусульманской дуги от Кавказа через Поволжье до Бурятии война, уйгуры, арабы, китайцы, Дагестан с Чечней. Туда лучше не соваться. Центральная Россия — свободное плавание. Русские жалуются, что евреи, либералы, олигархи и мировая закулиса не дают им жить своим умом. Берите, живите. Новая карта мира сейчас как ртуть — подвижная, токсичная. Никто не знает, где поскользнется или отравится. Точный план, конечно, существует, но мы-то с вами, господин министр, знаем цену точным планам. Как, кстати, поживает ваша матушка — die Witwe des angesehenen Herrn Gerhard»? — произнес Линдон на чистом немецком с едва заметным еврейским акцентом.

— Блюдет память о муже, — ответил Перелесов, — собирается в Парагвай.

— Да-да, Парагвай, — лицо Линдона на мгновение осунулось, водянистые глаза блеснули сталью. — Игра под названием Угадай будущее увлекательна, но давайте вернемся на землю. Мы должны решить две задачи. — Он заговорил директивно и сухо, как на совещании с нижестоящими чиновниками. — Во-первых, избежать большой крови, во-вторых, насколько это возможно, растянуть во времени период НТП. Экономически самодостаточные, обладающие ресурсами территории пристегнуть на правах лимитрофов к Европе. Всячески затруднить, осложнить, политически запутать неизбежный уход под ислам не способных к самоорганизации, нестабильных, с преобладанием мусульманского населения, территорий.

— Новое в России — возвращение к тому, что предшествовало старому, — вспомнил известный афоризм неизвестного писателя Перелесов. — Я бы остановился на Псковской области, — зачерпнул из деревянной миски специальной кривой ложкой желтую пористую морошку. — Не рвусь я грудью в капитаны и не ползу в асессора. Мне бы где потише, но при золоте и желательно при ПВО с парой ядерных зарядов в подземном бункере, чтобы не достали с воздуха. Отчего не попытать счастья в военнофеодальном государственном строительстве?

— Логично, — произнес после паузы Линдон. — Он меня предупредил, что вы попросите Псков. Восточная Европа — славянская каша, ложка вязнет. Хотите воссоздать Великое княжество Литовское, Белую альтернативную Русь? Карты в руки! Начинайте работать по псковскому проекту, подтягивайте белорусов, прибалтов, поляков. Я дам контакты. Добивайтесь совместной с НАТО военной базы с преобладанием русского персонала под золото и ядерные заряды. Думаю, он вам не откажет, вы в любимцах. Иноходец в упряжке. Идете сбоку пристяжным, — с обидой произнес Линдон. — А я коренник, мне все кнуты. Знаете, что он сказал про вас? — окунул нос в чашку с остывающим чаем, хищно зыркнул оттуда, как водяной из колодца. — Этот сможет! Так он сказал. Я обязательно приеду к вам из русской Скандинавии с официальным визитом, — подмигнул Перелесову. — Ну что вы смотрите на меня как на врага народа? Мы спасаем Россию!

— А может, лучше было не спасать? — не удержался Перелесов.

— Оставьте Джека Алтаузена литературоведам, — поморщился Линдон, — не уподобляйтесь идиотам, расхватавшим нефтяные и газовые месторождения. Они думают, что усидят под китайцами в протекторатах вдоль трубопроводов. Воистину, безумные деньги отнимают у людей разум… Господин министр, вы знающий правила игры человек. Ценность Псковской области в том, что она никому не нужна, как и прочая земля от Вологды до чернозема. Поэтому в ближайшие годы туда перекинут полигоны с самым токсичным мусором. А ведь это, — сожалеюще вздохнул, — колыбель великой русской цивилизации. Но ничего, — весело подмигнул Перелесову. — Псков оставим чистым. Построите себе дворец, нагоните девок, холопов, будете жить, как польский магнат на всходних кресах!

— А где будет… — перебил Перелесов.

— Это не должно вас волновать, — по-волчьи оскалился Линдон. — Вам оказано высочайшее доверие, выписана подорожная в новый мир. Он будет там, где должен быть.

— Смотреть как бог… — сказал Перелесов. — И, против собственной воли, не успев затормозить, добавил: — С земли обетованной?