– Вы должны быть благодарны Башне, Маттин Стефанеос, и мне тоже. Ранд ал’Тор захватил Иллиан всего через пару дней после того, как вы покинули город. И Лавровый венец теперь тоже у него. Корона мечей, так он назвал его. Вы полагаете, он стал бы раздумывать, отрубить вам голову или нет? Я знала, что по доброй воле вы не захотите уехать. Тем не менее я спасла вам жизнь.
Все верно. Теперь он поверит, что все было сделано из лучших побуждений и ради его же блага.
Но этот глупец позволил себе хмыкнуть и скрестить руки на груди:
– Я не беззубая старая псина, мать. Защищая Иллиан, я не раз заглядывал в глаза смерти. Неужели вы думаете, я так боюсь умереть, что соглашусь быть вашим вечным «гостем»?
И все же он в первый раз с того момента, как переступил порог кабинета Амерлин, назвал ее положенным титулом.
Часы в позолоченном узорчатом корпусе, что стояли у стены, начали бить; задвигались маленькие фигурки, сделанные из золота и серебра и украшенные эмалью. На самом верхнем из трех уровней, прямо над циферблатом, миниатюрные король и королева преклоняли колени перед Престолом Амерлин. В отличие от палантина, накинутого на плечи Элайды, его миниатюрный эквивалент все еще состоял из семи полос. Нет времени заняться этим и пригласить мастера-эмалировщика. Еще столько важных дел, которыми нужно заняться и которые не терпят отлагательств.
Поправив широкий палантин, скрывавший алый шелк ее платья, Элайда откинулась назад – так, чтобы Пламя Тар Валона, выложенное лунным камнем на высокой спинке золоченого кресла, находилось точно у нее над головой. Ей хотелось, чтобы каждый символ напоминал этому мужчине, кто она такая и что собой представляет. Если бы под рукой обнаружился посох с навершием в виде Пламени Тар Валона, она не преминула бы сунуть его прямо под кривой нос собеседника.
– Мертвые ничего не могут вернуть, сын мой. А теперь с моей помощью вы сумеете вернуть себе утраченные корону и страну.
Маттин Стефанеос чуть приоткрыл рот и втянул носом воздух, словно почувствовал запах дома, куда он уже не надеялся вернуться.
– И как же вы предполагаете все устроить, мать? Насколько я понимаю, Город удерживают эти… Аша’маны, – он словно бы выплюнул это проклятое имя, – и Айил, которые следуют за Возрожденным Драконом.
Кто-то чересчур много с ним болтает. И слишком многое ему понарассказывали. Новости, которые сообщают Маттину, должны подвергаться тщательному отбору. Судя по всему, приставленного к нему слугу придется заменить. Но злость в голосе Маттина Стефанеоса сменилась надеждой, что определенно к лучшему.
– Возвращение короны потребует тщательного планирования и времени, – ответила ему Элайда, потому что на этот момент понятия не имела, каким образом им удастся этого добиться.
И все же она была твердо намерена найти способ. Похищение короля Иллиана было организовано только для того, чтобы продемонстрировать ее силу и власть, но возвращение ему утраченного трона докажет ее могущество куда нагляднее. Она вернет Белой Башне былую славу, славу тех времен, когда троны содрогались, если Престол Амерлин хмурилась.
– Полагаю, вы еще не полностью оправились от тягот путешествия, – сказала она, вставая. Будто бы он предпринял его по собственной воле. Элайда надеялась, что он окажется достаточно умным, чтобы понять намек. Ввиду того, что им предстоит, это сослужит им обоим лучшую службу, чем правда. – В полдень за обедом мы обсудим с вами, что можно сделать. Кариандре, сопроводи его величество в отведенные ему покои и пригласи портного. Нашему гостю нужна новая одежда. Это подарок лично от меня.
Дородная гэалданка из Красной Айя беззвучно, словно мышка, стоявшая до этого момента у дверей, ведущих в приемную, скользнула вперед и коснулась руки короля.
Маттин Стефанеос медлил, не желая уходить, но Элайда продолжила, будто он уже покидает ее кабинет:
– Передай Тарне, чтобы она зашла ко мне, Кариандре. Мне нужно еще многое успеть сегодня сделать.
Последнее она прибавила специально для него.
Наконец Маттин Стефанеос позволил себя увести. Элайда снова уселась, не став дожидаться, пока за ним закроется дверь. На столе в ряд стояло три лакированные шкатулки: в одной из них она хранила корреспонденцию – недавно полученные письма и донесения от Айя. Красные сообщали все, что удавалось узнать их глазам-и-ушам, – по крайней мере, ей так казалось, – но вот остальные Айя делились получаемыми ими сведениями по крупицам, хотя на прошлой неделе они все-таки удосужились доставить пару известий, правда не особо приятных. Неприятных потому, что речь в них шла о том, что контакты с мятежницами не ограничиваются встречами на этих смехотворных переговорах. Тем не менее Элайда взялась за лежавшую перед ней толстую папку из тисненой кожи с позолотой. Сама Башня производила такое количество отчетов, что если бы Амерлин решила прочесть их все сама, то стол просто оказался бы погребенным под горами бумаги. А Тар Валон порождал их раз в десять больше. Служащие канцелярии отсеивали бóльшую часть, выбирая для нее самые важные. И все равно стопка получалась внушительной.
