Латиняне, униаты, возрожденцы потерпели полное поражение. Авантюристы типа Исидора в большинстве своём сумели вывернуться и разбежались по Европе. А вот министру Нотаре не повезло. Его крылатая фраза о предпочтении господства турок латинскому засилью сыграла немалую роль в развитии пораженческих настроений, погубивших Константинополь. Расплата не замедлила прийти. Нотара принял султана в своем богатом доме и всячески заискивал перед ним. Но Магомет, напившись вина, прочитал философские стихи Фирдоуси о бренности земного бытия и с жестокостью азиатского тирана приказал казнить хозяина с его сыновьями и зятем, а женщин его рода предал поруганию. Такова цена всякой измены, с какой бы стороны она ни исходила.
Геннадий Схоларий был прав. Империя пала, но Церковь осталась жива. Уже на третий день после разгрома Православная Патриархия восстановилась. Униаты рассеялись, и Геннадия избрали патриархом. Очистившись от цезаре-папизма, константинопольский клир по-иному взглянул на Москву. Там уже с 1448 года правил митрополит Иона, поставленный Собором русских епископов. Традиция эта закрепилась, и греки больше не противились ей. Теперь они ездили в Москву за милостыней в прямом смысле. В благодарность за щедрые дары патриархия благославляла самостоятельность нашей митрополии. Да и не только за дары. Святая Русь давно обогнала греков в духовном отношении. И благочестие, и аскетика, и твёрдость в отстаивании вселенских догматов в Российской Церкви стояли значительно выше, чем в остальном Православном мире. Не хватало нам только собственного патриарха, да царя, увенчанного Шапкой Мономаха. Что же касалось патриарха греческого, Геннадия Схолария, то он удостоился от Господа не только возглавить Церковь в труднейшее для своего народа время, но и сумел прочесть загадочные письмена, начертанные на гробе Святого Константина.
Ещё в первой главе первой книги мы упоминали о странном пророчестве (видимо, IV века), выбитом на крышке саркофага Великого Императора, основавшего Константинополь. В нём говорилось о грядущей победе руссов. О тех, кого византийцы тогда ещё не знали, во всяком случае, по имени. И, тем более, сам текст не читался. Он был написан греческими буквами, но одними согласными. Разобрать его стало возможным только в средние века, благодаря частому повторению слова Измаил. Святой Константин был погребён в храме Святых Апостолов. Геннадий Схоларий, молясь, часами простаивал у порфирового надгробия и пристально вглядывался в загадочные буквы. Прибавление гласных шло трудно, но с Божией помощью патриарху Геннадию удалось расшифровать древнюю надпись. В переводе на русский язык, сокращённо, она читается так:
«В первый [от кончины Константина Великого] индикт [период времени] царство Измаила... в Константинополе воцарится, премногими будет обладать народами и все опустошит острова, даже до Евксинского понта [Чёрного моря]... В восьмой индикт в северных странах долженствует воевать... В десятый индикт - Далматов [сербов] победит и малое время пребудет в брани... Русский же народ, соединясь со всеми языками, желающими мстить Измаилу, его победят... и Седмихолмие [Царьград] возьмут со всеми его принадлежностями».
Узнав о пророчестве, султан (уже трудно сказать, который) уничтожил крышку Константинова саркофага (гробница так и стоит без крышки). Но вера греков в освободительную миссию России не угасает в веках. Они ждут Царя Русского, именем Константин, который войдёт в Золотые ворота, изгонит врагов и очистит престол Святой Софии. Тогда
Так гласит благочестивое предание. Его считают легендой, но турки сами подтверждают, что до сих пор в мечети Эль-София по ночам слышится христианское пение.
Последний император Константин не имел детей, но у него остались братья - Фома и Дмитрий (впоследствии переметнувшийся к туркам). У Фомы (в то время дэспота Мореи) была дочь София. И вот ей-то, Софии Палеолог, Бог судил стать женою великого князя Московского.
«Престол Твой, Боже,
в век века»
