«Истребление кумиров, - пишет Н.М.Карамзин, - служило приуготовлением к сему торжеству: одни были изрублены, другие сожжены. Перуна, главного из них, привязали к хвосту конскому, били тростями и свергнули с горы в Днепр... Изумленный народ не смел защитить своих мнимых богов, но проливал слезы, бывшие для них последнею данью суеверия: ибо Владимир на другой день велел объявить в городе, чтобы все Русские люди, вельможи и рабы, бедные и богатые шли креститься - и народ, уже лишённый предметов древнего обожания, толпами устремился на берег Днепра, рассуждая, что новая Вера должна быть мудрою и святою, когда Великий Князь и бояре предпочли её старой вере отцов своих. Там явился Владимир, провожаемый собором греческих священников, и по данному знаку бесчисленное множество людей вступило в реку: большие стояли в воде по грудь и шею; отцы и матери держали младенцев на руках; иереи читали молитвы крещения и пели славу Вседержителя. Когда же обряд торжественный совершился; когда священный Собор нарек всех граждан киевских Христианами; тогда Владимир, в радости и восторге сердца устремив взор на небо, громко произнес молитву: "Творец земли и неба! Благослови сих новых чад Твоих; дай им познать Тебя, Бога Истинного, утверди в них Веру правую. Будь мне помощью в искушениях зла, да восхвалю достовления, - земля и небо ликовали».
На месте, где стоял раньше идол Перуна, князь велел заложить деревянную церковь Святого Василия; Храм Богородицы на месте убиения Феодора с Иоанном; в городе Василеве - храм во имя Преображения Господня; во имя Верховных Апостолов - в селе Берестове. И много проповедников веры Христовой из Киева разошлись по городам и весям теперь уже Святой Руси. Утверждая веру, князь Владимир распространял образование. В училищах Киева, Новгорода и других городов русские люди обучались грамоте, церковно-славянскому языку. Храмы строились и украшались произведениями греческого искусства: живописью, золотом, серебром.
Княгиня Анна родила Владимиру еще трех сыновей: Станислава, Позвизда, Судислава, и таким образом, число их вместе со Святополком (племянником, которого Владимир усыновил) достигло двенадцати. По завершении множества главных дел (военных, гражданских, просветительных), достигнув возраста 63 лет, Владимир занемог тяжкой болезнью и умер, возможно от горя; ибо еще при жизни увидел, что «властолюбие вооружает не только брата против брата, но и сына протв отца». Несмотря на его завещание детям своим (удельным князьям) не ссориться между собою, почитать за старшего Великого Князя Киевского, Ярослав, правивший в Новгороде, чуть не восстал на отца с варяжской дружиной, а по кончине Святого Владимира меж сыновьями его опять пошли кровавые усобицы.
Святополк, прозванный окаянным, захватил Киев и злодейски умертвил невинных братьев своих, Святых страстотерпцев Бориса и Глеба. Святослав бежал от Святополка в Венгрию, но был настигнут и также лишен жизни. Ярослав, сильнейший из князей, изгнал братоубийцу из Киева. Тот сумел вернуться с польским войском и королем Болеславом; но потом, коварно избив по городам расселившихся там поляков, Святополк сам избавил родину от иноземцев, ценою бесчестия Русского имени. Спасаясь от Ярослава, вновь занявшего Киев, Святополк укрылся у печенегов, а затем навёл поганых на Русь. Битва произошла на берегу реки Альты (где пролилась кровь Святого Бориса). Ярослав (в крещении Георгий), воздев руки горе, молился перед Богом и сказал: «Кровь невинного брата моего вопиет ко Всевышнему». В небывало жестоком сражении печенеги были разбиты, а Святополк окаянный бежал и сгинул где-то в пустынях богемских.
Став великим князем, Ярослав Мудрый в нелегкой борьбе объединил и укрепил Русь, вернув ей могущество цельного государства; поставил первого митрополита из Русских - Святого Илариона Киевского, автора первой отечественной книги «Слово о законе и благодати». Город Киев Ярослав сделал вторым Царьградом: построил в нем Софийский собор, множество храмов и зданий, обнес каменными стенами; дал государству и народу свод законов -
«Слова достопамятные, мудрые и бесполезные! - сокрушался Н.М.Карамзин. - Ярослав думал, что дети могут быть рассудительнее отцов, и, к несчастию, ошибся». Сыновья его опять перессорились. С тех пор бедствия удельного правления не прекращались, доколе все княжества Русские и вольные города не покорились Москве.
«Положил еси на главе его венец»
