– Да я вот о чем. – Михара стал объяснять. Когда разговор перешел к съемке с телеэкрана фильмов и газет, техник вдруг заинтересовался.
– Видно, вы это обдумали. – Он улыбался. – Полагаю, что это вполне возможно.
– Так можно, значит?
– Запросто. – И техник принялся рассказывать: – Если человек хочет сделать это намеренно, допустим, он снимает несколько кадров такси в Токио. Это будут кадры А. Затем надо знать, сколько кадров будет сделано от А.
– А потом?
– Сколько там кадров ритуала нужно, восемь?
– Да.
– Он, не снимая крышки с объектива, нажимает на кнопку затвора. То есть восемь раз. Теперь Б – кадры ритуала.
– В самом деле.
– Потом он оказывается в гостинице Кокуры, снимает там горничную. Считает, сколько это кадров. Назовем эти кадры В. Между кадрами А и В остается неснятая пленка. Теперь он берет последние кадры В и перематывает до последнего кадра А. Двойных кадров не получается, и у него есть пустая пленка.
– Понял.
Михара поблагодарил его.
– То есть ему нужно было прокрутить назад восемь кадров?
– Верно, верно. Неплохо придумано! – Техник явно был в восторге, но вскоре призадумался. – Михара-сан, знаете, у меня есть сомнения.
– Какие это?
– Вы думаете, что он переснял новостной репортаж и это копия. То есть он делал кадры в движении?
– Естественно.
– А будет ли у таких снимков та же четкость, как при съемке с натуры?
Михара не нашелся что ответить.
– Вот, например, новости по телевизору. Они же мутные. Получатся ли фотографии?
– Куросаки-кун, – Михара улыбнулся, – утром я провел эксперимент. Вот пленка.
Он достал пленку из кармана.
– Прямо сейчас идите и проявите ее.
– Ну вы даете, Михара-сан.
– Я сразу же подготовился.
– Понял. Иду проверять.
Через полчаса фототехник Куросаки пришел к Михаре, держа в руках конверт.
– Михара-сан, я проявил пленку.
– Вижу.
Михара взял пленку.
– Спасибо. Посмотрим, что получилось.
Техник достал фотографии из конверта и разложил их на столе.
– Вот, например.
Михара взял снимок. Кадр из утренней телепередачи. Но поскольку линза обычная, была видна рамка телевизора.
– Бледновато. – Михара, взяв листок, начал прикрывать рамку. Тона на экране были светлее обычного.
– Что думаете? – Он посмотрел на техника.
– Это точно снято с телевизора.
– Да, конечно. Видите, тут четкие горизонтальные полосы. Фотография с телевизора.
Техник грустно сказал:
– Так кадры с телевизора не заснять.
– Почему?
Михара был разочарован.
– А вот этот кадр? – Михара достал кадр из негатива пленки Сюити Минэоки. Ее проявлял другой человек, поэтому Курихара ничего не знал.
– Это настоящая фотография. – Техник осторожно взял одну из них.
– Правда? – Михара скрестил руки.
– Покажите пленку.
Техник взял один из негативов Минэоки, подошел к окну и взглядом эксперта просмотрел ее.
– Михара-сан, – сказал он, держа пленку. – Это настоящие фото. Это не кадры из кино или фильмов.
– Вот как.
Михара был наполовину разочарован. Но все-таки другая его половина надежды не теряла.
– Я вижу по тону пленки, что она снята с натуры.
Техник убедил его.
– Кстати. – Михара все еще не хотел сдаваться. – Если следовать вашей версии, то можно было бы снять эти кадры, перемотав пленку?
– Ну, – техник снова взглянул на пленку. – Тут есть эти тонкие потертости на краю пленки. Видите эти линии?
Михара пристально посмотрел на пленку, которую техник держал на уровне глаз. Он удивился, разглядев полоски.
– Они могли появиться из-за того, что пленку перематывали.
– Правда?
– Точно сказать нельзя. Все зависит от того, как заряжается пленка, в каком состоянии кадр, и также это могут быть следы износа.
– Эх. – Михара расстроился. – Это делу не поможет.
– Не поможет, конечно. Но это лучше, чем если бы следов не было. Если пленку перематывали, то это ценное свидетельство.
– Но ведь зачем это, если восемь кадров сняты с натуры, – сказал Михара.
– Ну, я не могу утверждать обратного. – И техник вернул пленку.
Михара задумался. Этот человек – эксперт в фотосъемке. И он явно знал о ней больше, чем сам Михара.
Но он не был готов сдаваться. Пусть Курихара – эксперт, надо все-таки найти истину, чтобы полностью развеять сомнения. А значит, нужны факты.
Михара позвонил в фукуокский полицейский департамент.
– Не позовете сыщика Торигаи? Скажите, что это помощник полицейского инспектора из Токио.
Он ждал две минуты, пока Торигаи искали. Михара вспоминал, как выглядит этот департамент и где находится, пока Торигаи не подошел к телефону. Сначала послышались быстрые шаги, затем – голос:
– Сыщик Торигаи. Слушаю.
– Это Михара. Хотел бы поблагодарить вас…
– Да нет, что вы, я не смог вам помочь. – Торигаи говорил весьма дружелюбно.
– Но я хотел бы спросить о другом.
– Слушаю вас.
И Михара повел разговор.
– То есть вы хотите узнать, не показывали ли какие-то кинотеатры в городе новости о ритуале в святилище Мэкари? И не показывали ли новости на телеканалах в Фукуоке? – уточнил Торигаи на другом конце трубки. – Хорошо, постараюсь ответить вам как можно скорее.
Михара ожидал получить ответ из полицейского департамента Фукуоки примерно через месяц. Пока же он занимался поисками женщины, исчезнувшей на озере Сагами.
