– Михара-сан, я проверил все компании и обнаружил, что никто из них не снимал ритуал в Мэкари в тот день. Его не показывали по телевизору.
– А в новостной хронике?
– Новости были. Например, «Эй-Би-Си Ньюс» записали там трехминутный ролик.
– Его показывали в кинотеатрах?
– В Хакате – да, с третьей недели февраля. С шестнадцатого числа.
Михара решил обратиться в «Эй-Би-Си Ньюс» и посмотреть, что у них получилось.
Главная контора компании «Эй-Би-Си Ньюс» находилась неподалеку от Кёбаси, на четвертом этаже большого здания.
Михара заранее заказал по телефону просмотр ролика.
– Думаю, что пленку еще не смыли, – сказал заведующий. – Сейчас мы ее разыщем, подходите через час.
– Спасибо вам за труды.
– Не стоит. Напротив, я с удовольствием помогу вам в расследовании, – с пониманием ответил сотрудник.
Через час после звонка Михара вошел в контору «Эй-Би-Си Ньюс». Здание выглядело неприглядно. В конторе царил беспорядок. За пятью столами сидели работники. На стенах кинокомпании висели плакаты. На столах лежали коробки с пленкой и связки брошюр.
Михару провели за ширму в простую приемную. Заведующему было на вид слегка за сорок.
– Пленка у нас сохранилась. Я вам ее покажу.
– Очень рад. Посмотрим прямо сейчас.
– А как эти новости о святилище Мэкари связаны с делом? – поинтересовался заведующий.
– Да как вам сказать…
– Это нужно для расследования?
– Извините, я не могу вам ответить. – Михара склонил голову. – Но когда дело будет раскрыто, я все объясню.
– В таком случае надеюсь, что сюжет вам поможет.
Заведующий провел Михару в смотровую.
– В кинотеатрах экраны обычно больше. У нас он маленький, – сказал он перед тем, как выключить свет. – К тому же мы не можем показать вам только ритуал в Мэкари, придется посмотреть все.
– Спасибо. Я давно не смотрел новостную хронику.
По знаку заведующего отключили свет. Экран тут же стал белым, заиграла музыка. Появилась заставка.
Сюжет показывали в середине февраля, поэтому новости устарели. После сюжета появилась заставка: «Вести со всего света».
– Вот сейчас, – сказал заведующий.
На экране сразу же появилась крыша храма, белая в ночном свете костра.
Михара занервничал.
Закадровый голос медленно читал текст.
Длинный кадр святилища. Затем темное море, в котором отражается свет факела. На черно-белой пленке бледно горит свет.
«Ритуал в Мэкари проводится каждый год на рассвете первого дня первого лунного месяца. По освященной веками традиции, главный жрец входит в воду при отливе. Это старейший ритуал в Японии, которому более двух тысяч лет. Упоминания о нем встречаются в “Кодзики”. Несмотря на холод, жрецы все так же входят в море, собирают водоросли серпом, кладут их в ведро и предлагают ками, молясь за урожай и плодородие в новом году».
Кадр с кострами. Жрецы в одеяниях, наклонившись над водой, собирают водоросли и время от времени складывают их в ведра.
Сцены повторяются одна за другой.
Михара не отрывал глаз. Его интересовало, совпадает ли ракурс съемки с тем, что у Минэоки, и он внимательно следил за каждой деталью, которая буквально выжигалась у него на сетчатке.
«Люди не только из Китакюсю, но даже из Осаки и Токио приезжают посмотреть на ритуал…»
Крупный план толпы. Люди спешат во все стороны. Мрачный фон. Ослепительные огни озаряют толпу. Где-то сияют вспышки фотокамер.
Снова жрецы. Толпа посетителей. Профиль старика, который хлопает в ладоши. Величественная крыша святилища с украшениями.
«Ритуал сбора водорослей продолжается примерно час. Все это время посетители, несмотря на погоду, как и в старину, наблюдают за ним и ударяют в специальные катушки».
Наконец длинный кадр пролива Симоносеки, после которого сюжет заканчивается.
– Вот и все. – Заведующий поднял руку и остановил техника.
– Простите. Вы не могли бы показать сюжет еще раз? – спросил Михара.
– Конечно. Понимаю, одного раза недостаточно.
Шеф попросил техника снова включить фильм.
Оба ждали, пока потемнеет и послышится скрип пленки.
– Надеюсь, она вам пригодилась? – спросил заведующий.
– Почти. Я хотел бы еще раз посмотреть. Теперь меня интересуют детали.
И снова ритуал в Мэкари.
Михара смотрел не моргая.
Не то! Совсем не то!
Михара все сильнее убеждался в том, что ошибся в своих предположениях. До самого конца просмотра твердил это себе.
– Спасибо. – Михара стал извиняться, когда включился свет.
– Что вы, не стоит.
Но Михара понял, что многие снимали ритуал. Он видел вспышки камер из толпы.
– А оператор, который снимал этот ролик, здесь?
Заведующий обернулся.
– Фурукава-кун, ты здесь? – громко прокричал он и затем ответил: – Здесь, говорят.
– Нельзя ли с ним встретиться? – спросил Михара.
– Без проблем. Он вам с удовольствием поможет, – сказал заведующий. – Он очень добрый парень, и легкий на подъем.
Заведующий провел Михару в комнату, где он уже бывал.
– Фурукава-кун, – представил он оператора, загорелого парня лет двадцати семи.
– Посмотрите на эти фотографии, Фурукава-сан. – Михара достал из кармана конверт с тремя фотографиями Минэоки, проявленными в отделе криминалистики.
– Это ритуал в Мэкари?
Фурукава стал рассматривать каждое фото.
