Ну а теперь – убийство! полностью

– Он сказал, что вам ни в коем случае нельзя покидать это здание или этот кабинет, до тех пор пока он не окажется здесь. Он сказал, что позвонит смотрителю, О’Брайену, или как его там, и попросит его прийти сюда и посидеть с вами, пока он – я имею в виду Билла – сам сюда не доберется.

– Но…

– Тсс! А самое главное, – мисс Флёр наклонилась поближе к Монике и перешла на шепот, – он сказал: что бы вы ни делали, вам нельзя ни на минуту оставаться наедине… – она многозначительно покосилась на дверь, – с этой женщиной. Понимаете?

– Даже не знаю…

Мисс Флёр отпустила ее ладонь и поднялась. Ее шепот зазвучал слегка раздраженно:

– Я-то уж точно не знаю, что происходит. И думаю, что не хочу этого знать. Если хотя бы половина из тех слухов, что до меня доходят, – правда, вы, должно быть, вели весьма эксцентричную жизнь. Единственное, что мне известно, – это то, что мне и самой страшно. А теперь пообещайте: вы сделаете так, как вам велит Билл Картрайт.

Еще совсем недавно Моника тут же сказала бы «нет». Это слово первым пришло ей на ум и уже готово было слететь с ее уст, но она сдержалась. Ее осенила внезапная и до боли отчетливая мысль, что самой прекрасной картиной на свете, которая только могла бы открыться ее глазам, была бы картина врывающегося в кабинет Билла Картрайта.

Она провела языком по губам.

– Хорошо, – произнесла она. – Так я и сделаю.

– Обещаете?

– Обещаю.

Мисс Флёр расслабилась. Ее снова будто свечение окутало и воспламенило темный янтарь ее глаз, которые – сравнение, как подумалось Монике, малоромантичное – были ровно того же цвета, что и черенок одной из трубок Билла. Мисс Флёр улыбнулась и разгладила складки на своих перчатках. Ее голос вновь зазвучал естественно.

– В общем, я заглянула, только чтобы засвидетельствовать свое почтение, – объяснила она с явным расчетом, что ее услышат в соседнем кабинете. – Я бы еще с вами поболтала, но мне нужно ехать в город на встречу с Куртом. Том! Ну что ты все скачешь?! Неужели обязательно вот так ко всем подкрадываться?

Было бы несправедливо сказать, что Томас Хэкетт подкрался, поскольку его голос уже разносился по коридору. С мрачным выражением лица он кивнул Монике и сделал знак следовавшему за ним по коридору Ховарду Фиску.

– Я… э-э-э… подумал, что загляну к вам, – произнес мистер Хэкетт. Он посмотрел на часы у себя на запястье, поднял глаза, а потом бросил еще один взгляд на часы. – Фрэнсис объяснила вам, не так ли. Э-э-э…

– Что вы сегодня не смогли встретиться со мной? Конечно, мистер Хэкетт. Я вас прекрасно понимаю.

– Нет-нет, – суетливо ответил продюсер. – То есть да-да. Другими словами, возникло одно обстоятельство. Из главного здания пришел старик О’Брайен и сообщил кое-какие новости. Мисс Стэнтон, мне хотелось бы задать вам вопрос: вы ведь не обращались в полицию в связи с какими-либо событиями, которые здесь случились?

Моника уставилась на него:

– В полицию? Нет, конечно нет. А что?

– Дело в том, что здесь сейчас полицейский, – хмуро пояснил он. – Он в главном здании с мистером Маршлейком.

– Том, ты всегда так нервничаешь по мелочам, – обратилась к нему мисс Флёр с видом утомленной добродетели. – Ну и что из того, что здесь полицейский? Мне кажется, здесь всегда есть полицейский. Может, кто-нибудь опять оставил машину на дороге.

– Не в этот раз, – пробурчал мистер Хэкетт. – Его фамилия Мастерс, и он главный инспектор из Скотленд-Ярда.

Упоминание этой фамилии произвело мгновенный и весьма сильный эффект. Будь они все сорванцами, застигнутыми в яблоневом саду, на которых с одной стороны забора глядит грозный бык, а с другой – рассерженный фермер, выражения их лиц в ту секунду вряд ли были бы иными. Казалось, что даже Ховард Фиск встревожен. Качая головой, он пересек кабинет и сел на край стола.

– Послушайте, мисс Стэнтон, – обратился к ней Хэкетт. – Я понимаю ваши чувства. Я знаю, что вам пришлось пережить. Я первый, кто хочет, чтобы этого негодяя поймали. Собственно, мы решили, что вы в некотором смысле бомба замедленного действия и в ваших же интересах разумнее… э-э-э… прекратить наше с вами сотрудничество. Но поверьте: втягивать в это полицию – смерти подобно. У меня десять лет опыта, и я это точно знаю. Я уверен, что и мистер Маршлейк думает так же.

«Разумнее… э-э-э… прекратить наше с вами сотрудничество»? Билл! Билл! Где же Билл?

– Но я не обращалась в полицию! – не отступала Моника. – Я не понимаю, о чем вы говорите. И кто такой мистер Маршлейк?

Хэкетт сделал глубокий вдох.

– Это мой босс, – просто и в то же время красноречиво ответил он. – Он хочет видеть нас с Ховардом немедленно.

Повисла тишина.

Продюсер теребил манжеты своего пиджака и поправлял галстук – он явно всеми силами пытался восстановить свое душевное равновесие.