Ну, «братец», погоди! полностью

– Что происходит? – одновременно со мной громыхнул мужской голос.

Раздался щелчок, и чёрный туман пропал. Роктар, отряхивая одежду, спокойно ответил:

– Простите, ректор, я…

– Это я! – вскочила я, и, быстро осмотрев класс, в котором совершенно не осталось мебели, а растерянные ученики поднимались с пола, пояснила: – Демонстрировала силу ведьм, но немного перестаралась… – посмотрела на кота и, взбодрённая идеей, добавила: – Брысь! Он наверняка фамильяр и усилил мои способности.

– Хм… – ректор оглядел притихших ребят. – В таком случае я рекомендую заняться исследованиями как можно раньше. Можешь подключить ещё учеников с моего или других факультативов. У нас не так много мебели, чтобы её… демонстрировать. Кстати, моего кресла никто не видел?

Все помотали головами так синхронно, что я диву далась. Ни Наинса не стала меня выдавать, ни Виина не попыталась выставить меня виноватой во всех смертных грехах. Может, мой кот действительно фамильяр и обладает магией?

Помогает мне обрести друзей.

– Гелия, это было невероятно! – неожиданно похвалила Бейти, едва только ректор вышел. Но, подняв тетрадь, поморщилась: – Правда, так грязно стало.

– Гелия насорила, она и приберётся, – сухо заметил Роктар. Жаль, что на него магия котиков не действует. – Ингаретта, может, продолжим занятие на свежем воздухе?

Растерянная женщина лишь кивнула и как сомнамбула, прижимая к себе классный журнал, направилась к выходу. За ней, отряхивая сумки от похожей на пепел пыли, потянулись ученики. Я оглянулась на подоконник, где оставила подаренные цветы, и нахмурилась. В груди шевельнулось тревожащее беспокойство, но тут Виина приказала:

– Иди с ними, Гелия. Тебе нельзя пропускать урок. Роктар поставит тебе прогул, и дядя будет недоволен. Я сама тут приберу.

Я хотела было съехидничать, уточнив, не заболела ли она вирусом доброты, но рядом возник Тарзаг.

– А я помогу. Пентаграмма есть, закончу заклинание, и ты сможешь избавиться от этого пепла качественнее, чем Роктар. Иди, Гелия. Чтобы сделать приборку в классе без магии, понадобится не один день.

Не хотелось оставлять этих двоих наедине, но Брысь чихнул и жалобно глянул на меня. Подхватив сумку, я молча вынесла сфинкса на свежий воздух. Сощурившись от бьющих в глаза солнечных лучей, услышала громкий голос Наинсы:

– Гелия, к тебе пришли!

Брысь выгнулся на моих руках и зашипел. Выскользнув, исчез в ближайших кустах, а я приставила ладонь ко лбу. Разглядев приближающуюся бабулю, невольно попятилась.

– Ты позавтракать забыла, вот я и пришла! – сдвинув извечную трубку в уголок рта, старушка криво улыбнулась. – Твои друзья любезно согласились присоединиться к трапезе. Я приготовила наши фирменные печенья!

На бабушке поверх кожаного жилета красовался плащ верховного колдуна, и на зелёном фоне её розовый ирокез выделялся особенно ярко. В одной руке покачивалась любимая корзинка Фагана, в другой сверкала церемониальная палка Нанута. Навершие венчал клочок седых волос, подозреваю, что из бороды невезучего дядьки.

Видимо, замок Санокона уже пал и старушка двинулась на завоевание академии.

Я смотрела на око и, кусая губы, вертела в пальцах карандаш. Тарзаг всё не звонил. Да, было намного проще самой начертить его имя, а не тратить время на ожидание, но я не могла себя заставить. Перед глазами всё стояла картина, как блондин обнимает Виину, а она утыкается носом ему в рубашку. Они стояли так долго. Достаточно для того, чтобы я догадалась: девушка плачет.

Мне и в голову бы не пришло подсматривать за ними, но ребята сами встали у окна. С лужайки, где мы с одноклассниками уплетали бабулино печенье, открывался прекрасный обзор. Роктар тоже заметил и, судя по кривой ухмылке и пристальному взгляду, которым «братец» наградил меня, порадовался моему унынию.

Увы, Виина снова обставила меня. Свидание сорвала, добилась того, чтобы Тарзаг утешал именно её, а ведь виновницей разгрома в классе была не я. Более того, не распыли я кресло ректора, пострадала бы Ингаретта. А учительница мне понравилась. Весёлая и добрая, она настолько интересно преподносила на уроках материал, что слушал даже неугомонный Умиян.

Женщина даже с моей бабушкой умудрилась найти общий язык, поэтому вместо урока мы, раскрыв рты, слушали оживлённую полемику преподавателя иномирной литературы и моей весьма начитанной бабули. До начала урока Касаи у меня даже создалось ощущение, что книги Булгакова и здесь читали… Или сам писатель не совсем из нашего мира.

Брысь приоткрыл глаз и посмотрел на меня.

– Мр-ру?

Повернул голову к двери. Я со вздохом положила карандаш и, бросив раздражённый взгляд на пустой лист тетради, поднялась.

– Ба, я делаю уроки!