– Магия – не маленький ласковый котик, – прозвучал глухой ответ. – Это опасный хищник. Если его не усмирить, не научиться сдерживать, то он принесёт много горя и боли хозяину и миру.
– Звучит жутко, – передёрнула я плечами.
– Выглядит ещё хуже, – скривился он.
Я вспомнила слова о том, что мама его была в том самом платье. Видимо, сила вышла из-под её контроля, и произошло нечто настолько страшное, что колдуны шарахались от одного вида наряда. Представилось, что женщина, как в кино, превращается в монстра… Спросить, как было на самом деле, язык не повернулся – самый родной человек Роктара пострадал на его глазах.
– Проявляется демоническая природа… – продолжил парень. Говорил он с трудом, будто каждое слово причиняет ему страдание, но при этом лицо разгладилось, словно выходил нарыв. – …Которая стремится лишь уничтожать.
Он повернулся и посмотрел на меня с неожиданной улыбкой.
– Знаешь, одна из версий, как возникла магия, как раз берёт своё начало в мире демонов. Сущность, просачивающаяся через прореху между мирами. Она проникает в наши тела, и только от нас зависит, справимся мы с дарованной силой или нет.
– Больше похоже на проклятие, – пробормотала я.
– Возможно, – кивнул он. – Те, над кем сила одержала победу, уходят за Печать.
– Добровольно? – задала я давно мучающий меня вопрос.
– Да, – ответил он, – что бы ни говорила Виина. Пока человек ещё не полностью поглощён магией, пока может хоть как-то себя контролировать, он уходит. Другое дело, что иногда сила одерживает верх так стремительно, что не оставляет времени для принятия единственно верного решения. Поэтому есть ритуал. Нанут вправе поднять вопрос о Печати, и Санокон собирает совет верховных. Несколько сильных магов сообща могут приоткрыть завесу и позволить магу уйти.
– И что там?
Сердце заныло, стоило представить, что маме Роктара пришлось покинуть привычный мир, оставить сына и уйти неизвестно куда. Мир демонов представлялся страшным местом.
– Там? – переспросил Роктар и нехотя пояснил: – Там царят другие законы природы. Мир очень отличается от нашего. Для нас с тобой не найдётся спокойного уголка. Но тем, у кого преобладает демоническая суть, там комфортно.
– Страшно, – шепнула я, искренне сочувствуя парню.
– Не очень, – наклонил он голову. – Как бы тебе объяснить на примере твоего мира? Вот если какой-то человек вдруг стал излучать сильнейшую радиацию, стал опасен для окружающих и природы, что делать?
– Не знаю, – растерялась я и предложила: – Лечить.
– Допустим, неизлечимо, – отмахнулся Роктар. – Но есть место, где таким радиоактивным хорошо, там особенная структура мира и существ.
– Тогда лучше уйти, – согласилась я, и тут же поинтересовалась: – А откуда ты столько знаешь о мире ведьм?
– Из книг, – напомнил он и снова уставился в окно.
С губ моих сорвалось тихое:
– Скучаешь по ней? – несколько мгновений я слушала тишину, затем продолжила: – Поэтому заботишься о Виине и всё ей прощаешь? Потому что сестра напоминает тебе маму?
Он резко повернулся, взгляды наши пересеклись, но я выдержала возросшее до осязаемого напряжение. Ему больно так, что даже сказать не может о своих чувствах. И я сделала глупость.
Обняла его. Прижавшись щекой к груди, замерла. Слушая сильное биение сердца, осторожно прошептала:
– И не останавливаешь, надеясь, что её попытки позволят ещё хоть раз увидеть маму…
Ощутила на подбородке его пальцы, и прежде чем поняла, что происходит, к губам приникли чужие губы, твёрдые и горячие. Поцелуй Роктара по вкусу напоминал море. Терпкая соль и острая свежесть с ноткой щемящей свободы.
Надо отстраниться! Оттолкнуть и уйти. Возможно, даже ударить по щеке. Надо же? Или нет?
Я растерянно застыла на месте, не решаясь даже вдохнуть. В груди разлилась жаркая волна, по спине побежали мурашки. Казалось, я падала и падала в пропасть, у которой нет дна. Смотрела вверх, а пятнышко света всё удалялось и тускнело. Может, закрыть глаза?
Из головокружительной эйфории меня выдернул вопль бабули.
– Рота, подъём!
Что это? Игрушка для котов? Нет, спасибо.
Мне достаточно тебя, хозяйка!
Кто я? Ну-ка повтори!
Это ты мне на хвост наступил!
Так что не жалуйся и смиренно принимай кару когтистую.
Я отскочила от Роктара так резко, что ударилась затылком об одну из полок с книгами. Да так сильно, что, охнув, схватилась за ушибленное место. Спиной ощутила дрожь стеллажа, услышала шелест падающих книг и инстинктивно сжалась в ожидании боли.
Роктар шагнул ко мне и, развернув, закрыл своим телом. Вскинув голову, я смотрела в его напряжённое лицо, а парень молча ждал и терпел. Когда всё стихло, отпустил меня и криво усмехнулся:
– Осторожнее… сестрёнка.
– Тебе очень больно? – я взяла его за руку и заглянула в глаза. – Почему ты не избавился от этих книг? Ты же колдун! Один щелчок пальцев, и…
