– О, то есть вы не встречаетесь в эту субботу? – хмыкнула Лена. Похоже, из всего сказанного она услышала только то, что захотела услышать. – Ну, ничего, я найду иной способ вывести Максика на чистую воду.
– А зачем, если я не хочу дальше участвовать в этом… – начала я, но прервалась, увидев гневный взгляд Кати.
Кажется, сёстры не хотели терять созданное ими обеими театральное шоу.
– Ты серьёзно? Добилась повышения оценки и поверила ему на слово? Ты уверена, что не хочешь ему отомстить? Уверена, что он ничего не замышляет? Не вьёт, как паук, сети, в которые заманивает тебя, как глупую муху?! – Катя усмехнулась. – Тут что-то не чисто, и надо выяснить, что именно. В общем, дорогуша, я не дам тебе отступить и оступиться! Не в мою смену.
– Но, Кать… – возразила я. – Я же готова исполнить любое твоё желание!
Мне по-прежнему казалось, что играть с чувствами другого человека – не правильно. Боже, почему я не подумала об этом заранее? Как же теперь стыдно!
– А если я пожелаю довести всё до конца? – хитро усмехнулась она, и я в ответ лишь покачала головой.
Это не честно!
– После той фотографии, что я сделал, ты не сможешь отказаться, – вдруг вклинился Юра. – Сейчас принесу, – он тяжело вздохнул и поплёлся за рюкзаком.
Когда Юра пошёл в коридор, Катя предложила переместиться в спальню, и мы согласились. Там было гораздо удобнее, чем в окружении сладкого.
– Ох оставьте чашки, я их чуть позже уберу, – беспечно отметила хозяйка квартиры.
Когда мы оказались в комнате, Юра протянул распечатанную глянцевую фотографию. Икнула, потому что на ней мы застыли в ожидании поцелуя.
– Ну, вот чего тебе стоило просто его поцеловать? С этим доказательством можно было пойти в деканат и избавиться от дотошного мужчины за домогательство! – заносчиво фыркнула Катя.
– Не такой он уж и дотошный. Выглядит симпатичным, – хмыкнула Лена, с удовольствием рассматривая снимок. Она не разделяла мнение сестры.
Но ведь и Катя находила преподавателя симпатичным! Похоже, у сестёр был одинаковый вкус на парней.
– Как вы вообще умудрились поймать такой момент? – вздохнула я, понимая, что друзья просто так не сдадутся.
– А я и не ловил, – пожал плечами Юра. – Я просто поставил видеосъёмку, когда запахло жаренным. Ну, в смысле поцелуем. А вечером выбирал лучший кадр. И вот знаешь, решил его распечатать на память. Слишком уж хорошим получился. Ну, не считая моей обработки.
Фыркнула. Очень умно, с этим не поспоришь.
– А ты не думал пойти в фотографы? – кокетливо улыбнулась Лена. – У тебя уж очень хорошо получается, – Юра зарделся от её поцелуя.
Катя взяла снимок из моих рук и гордо прикрепила его на доску, что висела в её комнате. Родители купили её, чтобы Катя писала важные заметки и правильно планировала день, но подруге вскоре это надоело, отчего доска долгое время пустовала.
Похоже, теперь мы нашли ей очень неожиданное применение.
– Ну, вот наше первое фото недопоцелуя. Ира, никто не даст тебе сдаться на полпути. Ну, и что, что он обещал повысить оценку? Нужно сделать так, чтобы он больше никогда не вёл у тебя предметы! А это можно сделать только одним способом! – Катя прочитала мне вдохновенную речь.
– Полностью поддерживаю! – усмехнулась Лена, залюбовавшись одиноким фото посреди доски.
Вздохнула. Меня пугал их бешенный энтузиазм. И, похоже, мне никто не даст сдаться просто так.
Ирина
Друзья наперебой уговаривали меня продолжать пари, и под напором двух соблазнительных стервочек, я сдалась. Но моё желание бросить всё, несмотря на уговоры росло с каждой минутой.
Особенно, когда я осталась наедине со своими мыслями. Оно росло, когда я вернулась домой. Росло, когда я поужинала с бабушкой. Достигло апогея, когда я купалась в душе.
Несмотря на терзающие мысли, в понедельник я проснулась бодрой, быстро собралась и убежала в университет. Мне не терпелось отсидеть все пары, а затем заявиться на кафедру к нелюбимому преподавателю.
Что-то изменилось в эту субботу, но я не могла понять, что именно. Поэтому я торопилась его увидеть.
Он по-прежнему был мне неприятен, но в этот раз я не моргая наблюдала за ним. Как он вёл лекцию. Ловила каждое слово, вечно поправляла очки, что неутомимо сползали с носа. Заметила лёгкую щетину на его лице и ухмыльнулась: так он выглядел гораздо милее и симпатичнее, чем с бородой, что привык носить.
После лекции я подскочила к нему, чтобы уточнить время. Мы согласовали наше расписание и уверились встретиться в большую перемену на кафедре. Меня это устраивало.
Когда мы с друзьями остались одни, Катя хитро улыбнулась, поиграв бровями, а я лишь легонько толкнула её, застенчиво улыбнувшись.
До встречи я сгорала от нетерпения. Мне уж очень хотелось исправить оценку. Конечно, повышенную стипендию мне это не вернуло бы, и я всё ещё злилась на самоуверенного индюка, но гораздо меньше.
Это ведь была маленькая, но победа. Моя. Только моя.
Когда я пришла на кафедру, в кабинете был только Владислав Павлович. Интересное совпадение. Я заглядывала к нему в кабинет, когда остальных там не было.
